– Ответ на оба вопроса один и тот же. Снова цитируя Эйнштейна: «Господь Бог не играет в орлянку с Вселенной».

Джада правильно прочитала отразившееся у него на лице недоумение.

– Минуту назад, – продолжала она, – вы спросили, почему спутник упал именно в Монголии. Это лучший вопрос, какой только можно было задать.

– Спасибо, но… – неуверенно пробормотал Дункан.

– Чтобы ответить на него, я задам вам другой вопрос. Где, как нам кажется, в настоящее время находится крест?

– На острове озера Байкал, приблизительно в трехстах милях к северу от… – И тут он широко раскрыл глаза, наконец поняв правду. – По глобальным меркам, практически рядом с тем местом, где упал спутник.

– А вам это совпадение не кажется слишком уж странным?

Дункан кивнул.

«Господь Бог не играет в орлянку».

Он уставился на Джаду. Ему захотелось расцеловать ее – сильнее, чем хотелось обычно.

– Спутник упал неподалеку, поскольку его привлекло сюда, притянуло энергией креста.

– Да и как могло быть иначе? Он ведь зарядился той же самой темной энергией от кометы.

Дункан еще раз взглянул на график, изображающий развернутый к Земле нимб энергии. Представил спутник как некий носитель этой энергии, воочию увидел, как его срывает с орбиты притяжение креста, увлекая к поверхности планеты… Если это так, теория Джады о взаимном притяжении получает еще одно доказательство. Однако ответа на второй вопрос пока что нет.

Дункан снова повернулся к Джаде.

– Вы сказали, что это также даст ответ на вопрос, как разорвать связь.

– Я полагала, это очевидно, – грустно усмехнулась та.

– Только не для меня.

– Нам нужно довести до конца то, что попытался сделать спутник. Мы должны объединить энергию «Глаза» и энергию креста. Представьте их как положительно и отрицательно заряженные частицы. Противоположные заряды притягиваются друг к другу…

– …но, объединившись, они взаимно нейтрализуются.

– Вне всякого сомнения. С точки зрения энергии это эквивалентно объединению вещества и антивещества. Взаимная аннигиляция двух противоположностей разорвет связь.

В теории все было красиво, но…

– Почему эти заряды противоположные? – спросил Дункан. – Чем они отличаются?

– Не забывайте, время также является одним из измерений. Хотя и крест, и «Глаз» заряжены одним и тем же квантом темной энергии, фактор времени у них совершенно разный. Они представляют противоположные концы одной оси. Один конец – это прошлое, другой – настоящее. Квантовая связь означает, что оба стремятся слиться воедино.

– Чтобы аннигилировать друг друга.

Джада кивнула.

– Я считаю, что это разорвет взаимную связь, и тем самым прекратится воздействие на энергию кометы.

– И все же у нас нет ответа на главный вопрос, – мрачно заметил Дункан. – Где крест?

– Не знаю, но…

Компьютер снова пискнул, прерывая ее сообщением об окончании выполнения программы. В мигающем окошке появились светящиеся цифры.

5,68 часа.

– Вот сколько у нас осталось времени, чтобы найти крест. – Джада посмотрела ему в лицо. – Вы понимаете, что мы должны сделать?

Дункан это прекрасно понимал.

Встав с кресла, он подошел к спящему Монку и встряхнул его за плечо.

– В чем дело?.. – сонным голосом пробормотал тот. – Мы уже на месте?

Дункан нагнулся к нему.

– Нужно развернуть самолет в противоположную сторону.

20 ноября, 06 часов 42 минуты

по иркутскому поясному времени

Остров Ольхон, Россия

Проснувшись еще затемно, Грей обнаружил, что его тело переплелось с другим телом, а у него на груди лежит теплая щека. В воздухе все еще стоял аромат страсти. Левой рукой Грей обнимал плечо молодой женщины, словно опасаясь, что она ускользнет от него сквозь пальцы, превратится в призрак, навеянный кошмарным сном.

Женщина потянулась – ленивое движение, наполненное нежной кожей и шевелящейся под ней гибкой силой, – и издала удовлетворенный звук, отозвавшийся отголосками в груди Пирса. Повернув голову набок, она открыла глаза, отразившие скудный свет комнаты, и опустила ногу, задев Грея и окончательно разбудив его.