– И часто тут русалки гостят?
– Родославе стало совсем не по себе, ей вчера в лесу ночевать было не так страшно как здесь. Хотя теперь рядом Ядрей, да и колдунья, но только друзья у нее уж больно необычные.

Эйта удивленно посмотрела на девушку, но отвечать не стала и вообще Родослава нравилась ей все меньше.

Когда стали укладываться спать, Ядрей порывался уступить лавку, на которой ему было постелено, Родославе, но Эйта запретила. На полу спать было неудобно, ну да не за удобствами девка сюда пришла. Ядрею силы надо было беречь, а ночь на полу этому не поспособствовала бы.

– Ты не волнуйся, мне удобно, - шепотом успокаивала мужчину Родослава, когда Эйта ушла к себе.
– Я ж не барыня какая.

Но Ядрея все одно совесть мучила и после долгих препираний он все же отдал девушке свою подушку и одеяло. Ему спать на кулаке, одним плащом прикрывшись, было не привыкать. Эйта всю эту возню слышала, злилась, но не вмешивалась.

Рано утром Эйта пошла на озеро, воды принести, а заодно жителям тамошним напомнить, что ей плевать на русалочью неделю и что ежели она еще раз на своем заборе незваных гостей увидит, убьет любого без предупреждения. Девушка набрала воды и присела, глядя на спокойную гладь воды. Едва встав, она посмотрела на волос Милады, лучше девушке не стало, скорее наоборот. Оно и понятно, за один день особых улучшений быть и не могло, но Эйта волновалась. Если бежать, то куда? А ведь только жизнь нормализоваться начала, князь вот прикармливать обещал, да и люди ближе поселились. Следующая зима была бы не такой голодной как прежние, а тут.... Эйта подобрала с земли шишку и кинула ее в воду.
– А если попытаться тут отпор дать? Нет, - самой себе ответила Эйта.
– Тут все одно убьют. Да, народу она много положит, но ее просто количеством задавят, всех ведь не перебьешь. Но куда же ей деваться? Девушка тряхнула головой и встала. Просто соберется и пойдет, куда глаза глядят, боги не бросят, куда-нибудь да выйдет. Вон тот же Улеб говорил, что колдуны в городах хорошо живут. Раз другим хорошо, то и она сможет. Наверное.

– Я покушать вам с Ядреем приготовила, - встретила Эйту в доме Родослава.

– А сама не будешь что ли?
– удивилась колдунья.

– Я объедать тебя не хочу, я хлебушком перебьюсь, у меня еще осталось.

– Как знаешь, - хмыкнула Эйта.

Ядрей удивленно посмотрел на хозяйку, не принято так было, чтобы гость голодным оставался, хозяева последнее обычно на стол ставили, таков закон гостеприимства. О том что Эйте законы те не ведомы, мужчина знать не мог.

– Отвар выпей, - напомнила Эйта Ядрею, - а после завтрака сходи под дубом посиди.

– Как скажешь, - мужчина залпом осушил чашку с отваром.
– Экая гадость, - пробормотал он.
– Родослава, куда ж ты мне столько накладываешь? Мне столько не надо, давай с тобой поделюсь, - Ядрей ополовинил свою тарелку, отдавая кашу девушке. Эйта удивленно посмотрела на них, но вмешиваться снова не стала.

– Ядрей, а ты куда ехал, ну до того как призраки напали?
– поинтересовалась Эйта.

– К князю письмо вез, - мужчина вздохнул.

– Ой и что же теперь?
– ахнула Родослава.
– Накажут тебя?

– За что?
– удивился Ядрей.
– Ты про письмо? Так отвезли его, я в деревне попросил. Заплатить, конечно пришлось, но князю Стриге письмо дошло.

– Ты Стриге служишь?
– заинтересовалась Эйта.

– Да, - мужчина внимательно посмотрел на колдунью.
– Знаешь его?

– Слыхала. Ко мне тут брат его Еремей наведывался.

– А ты, значит у Еремея на службе?
– легкая тень недовольства пробежала по лицу Ядрея.

– Я никому не служу, - ответила Эйта.
– А ты чего задергался? Ну а коли служила бы, что? В лесу помирать остался б?

– Нет, - мужчина вздохнул.
– Извини, это ведь действительно ничего не значит.

– А ты почему у Стриги остался?
– поинтересовалась колдунья.
– Почему с настоящим князем не ушел.

– Это еще поглядеть надо кто из них настоящий, - усмехнулся Ядрей.
– По мне так Еремей права на престол не имеет.

– А я другое слышала.

– Сам Еремей рассказывал?

– Нет, дружинник его. Он говорил что Еремея отец княжить назначил, а Стрига волю отцовскую нарушил. Врал?

– Нет, - нехотя признал Ядрей.
– Но только я немного иначе на это дело смотрю. Стрига старший сын, а значит ему и править.

– А как же воля отца?
– шепотом спросила Родослава.

– Воля, - мужчина усмехнулся и Эйта поняла что в его преданности Стриге есть что-то личное. Просить рассказать в чем дело не пришлось, Ядрей начал сам.

– Я тоже старший в семье. Отец мой кузнецом был, первым в городе, но не я, не брат мой младший к ремеслу отца склонности не имели. Я с пеленок дружинником быть хотел и как только меня в дружину мальцом взяли, там жить стал. Но все деньги что получал, родным отдавал. Потом вырос, опять же семью не оставлял. А брат мой, - Ядрей сжал кулаки.
– Он все себя искал. То сапожником быть хочет, то портным, то было время с бродячим театром уехал, правда вернулся быстро, как похолодало, так искусство его сразу вдохновлять перестало. Когда отец заболел, я пахал как проклятый, за любые поручения брался, только бы денег заработать, чтобы родители не нуждались ни в чем. А как же иначе, я же старший сын, я же наследник. Только вот когда батя умер, выяснилось что наследство все он младшему сыну оставил, а не мне.