Эллис была так же потрясена, как и Колин. Не дожидаясь, пока аукционист объявит следующий лот, они тихонько встали и вышли в коридор, где могли поговорить наедине.

— Я не могу в это поверить, — сказала она. — Господи, столько денег! Этот парень наверняка очень богат.

— Или представляет кого-то, кто действительно богат, — предположил Колин.

— Интересно, что он собирается делать с портретом.

— Кто знает? Положит в сейф, наверное.

Впрочем, Колин, конечно же, надеялся, что это не так.

— Полагаю, кто бы ни был этот покупатель, он оценит то, ради чего только что не пожалел такие деньги.

Они уже направлялись к лестнице, когда увидели таинственного покупателя около лифта. Вблизи он выглядел еще старше и стоял, облокотившись на трость. Несмотря на то что его костюм сидел идеально, а часы были очень дорогими, в его внешности было что-то смиренное. Незнакомец не выглядел человеком, выбрасывающим миллионы на картины.

Его глаза заискрились, когда они представились.

— Ах, да! Я так надеялся, что у меня будет возможность познакомиться с вами, — ответил он Колину на отличном английском. — Меня зовут мистер Ямамото. А вы, — сказал он, с улыбкой глядя на Эллис, — вылитая бабушка.

— Вы знали ее? — спросила она удивленно.

Мистер Ямамото почтительно склонил голову:

— Она была великой женщиной.

Эллис качала головой, не веря собственным ушам.

— Что за невероятное совпадение… — И вдруг она все поняла. — Или это не совпадение? И поэтому вы здесь.

Мистер Ямамото снова склонил голову.

— Ваша догадка верна. Из-за нашей дружбы я ценю портрет вашей бабушки еще больше. — Он повернулся к Колину. — Я знал и вашего деда. Хороший был человек. Настолько же добрый, насколько талантливый.

— Откуда вы их знали, если не секрет? — спросил Колин.

Мистер Ямамото улыбнулся, и эта улыбка-воспоминание сделала его сморщенное лицо намного моложе. Он сказал:

— Если вы не спешите, выпьем у меня в номере. Завтра я возвращаюсь в Токио, а мне хочется многое вам рассказать.

— Мистер Ямамото… — нетерпеливо обратилась к нему Эллис.

— Просто Йоши, — поправил он. — Ваша бабушка всегда называла меня по имени. Она была мне как мать, и я научил жену и детей чтить ее память.

— Я не понимаю. Если вы были так близки, то почему я впервые об этом слышу? — спросила Эллис, совсем сбитая с толку.

Подъехал лифт, дверь открылась. Старик с улыбкой взял Эллис под локоть и аккуратно, но настойчиво подтолкнул в лифт. Колин вошел следом за ними.

— Идемте, — сказал Йоши. — Давайте сядем и спокойно обо всем поговорим. Это долгая история.