Дверь последней каюты распахнута. Рядом с ней Марсианин. Рука в кармане. Говорит что-то, не слышно из-за воплей Портера. «Это не его каюта открыта», – сообразил Росс.

– Ах ты! – кричал Портер, пытаясь дотянуться до Марсианина, но тот держал Свистуна Дика на расстоянии вытянутой руки и что-то ему втолковывал.

– Случайно, понимаете? Капитан, придержите этого ненормального. Вы слышите, мистер Тёмное Пиво?! Я просто ошибся дверью! Угомонитесь вы! Уильям Эс!

Уильям С. Портер дёргался, сучил рукой. И хорошо, что не пробовал лягаться, тогда бы к нему было сложнее подступиться сзади. Капитан схватил Портера за шиворот, а другой рукой за штаны, и оттащил подальше.

– Он влез в мою комнату! Он вскрыл чемодан! Он сунул свой нос! – негодовал, пытаясь вырваться, Свистун Дик. – Вы с ним заодно?! Я этого так не оставлю! Он разбил камеру!

Бесценная камера валялась на полу. Марсианин поднял её, осмотрел, сказал: «Вроде цела. Сейчас проверю».

Портер вырвался. Джошуа с досадой подумал: «Он опять пойдёт в атаку. Чёртовы туристы», – и собрался напасть на всемирного журналиста с тыла, чтобы предотвратить побоище, но Свистун Дик неожиданно успокоился.

– Дайте сюда! – потребовал он, протянув руку.

Марсианин, помедлив, отдал камеру и снова стал оправдываться:

– Случайно, понимаете. Я задумался, не посмотрел на табличку. Дверь открылась, мне надо было…

– В чемодан зачем полезли лапами своими? – мрачно осведомился Портер, осматривая аппарат и при этом потирая затылок. – Теперь будет шишка. Я затылком стукнулся.

– А зачем было с кулаками набрасываться? – поглядывая то на капитана, то на журналиста, примирительным тоном прогудел Марсианин. – Говорю же, срочно понадобилось принять лекарство.

– По вам не скажешь, что чем-то больны. Разве только на голову.

– Вот именно. Что-то голова разболелась от перегрузок. Полез в чемодан, а там…

– Помалкивайте, – буркнул Портер, оттеснив Марсианина от входа, шмыгнул внутрь и захлопнул дверь.

Капитан молча подошёл к соседней каюте, молча распахнул дверь перед Марсианином, молча дождался, пока тот войдёт.

– Вы не хотите узнать, что в чемодане у буйного мистера Портера? – как бы между прочим спросил Марсианин.

– Меня это не касается, – отчеканил капитан. – Я не роюсь в белье пассажиров, для этого существует служба безопасности. Я не знаю, что везёт с собою он, не знаю, что везёте вы, и не хочу знать.

– А если там оружие? Ладно, успокойтесь, я пошутил. Это, насколько я могу судить, не оружие.

«Что ты понимаешь в оружии?» – подумал капитан, закрывая дверь.

Двадцать минут оставалось до отключения двигателя. За это время капитан Росс должен был расселить пассажиров, напоить их, уложить в койки и закрепить ремнями. «Moon Attraction», заботясь о безопасности клиентов, снабдила клипер достаточным количеством бутылочек с коктейлем «Moonlight». Эта приятная на вкус и питательная витаминизированная микстура, если судить по рекламным проспектам, утоляла жажду и голод, купировала приступы морской болезни, а главное – об этом проспекты умалчивали – успокаивала нервную систему. Пассажир погружался в здоровый сон, перелёт по инерционной орбите поэтому проводил в бессознательном состоянии. «И правильно», – подумал Джошуа, скользнув взглядом по ряду дверей: четыре каюты, бытовка, где и хранились полезные бутылочки, а в торце узкого коридора за сдвижной перегородкой – выход в пассажирский салон. Капитан обречённо вздохнул. Ему предстояло выполнить обещание: проводить мисс Гилберт в её каюту. Некстати вспомнилась одна сцена из видео с участием Изабеллы, всякая чепуха полезла, капитан тряхнул головою и решительно направился к выходу. «Сволоку её туда, суну в койку, ткну ей бутылку с соской», – нарочно растравляя желчь, думал он, однако выполнить намерение ему не удалось. Без всякого его участия поехала в сторону переборка.

– Чувствую себя одинокой старухой, – услышал Джошуа. – Это ужасно.

– Да, мисс Гилберт.

– Не называйте меня так, Сима, – минорно пропела актриса. – Ненавижу эту фамилию.

«Где-то я видел такую мизансцену, – подумал капитан, когда появились в дверном проёме две женские фигурки. – И реплику слышал тоже. Ненавижу эту фамилию».

– Хорошо, Изабелла, – покорно молвила Хань Симен, придерживая актрису за талию.

Мраморная рука мисс Гилберт змеёй обвивала плечи китаянки, вторая рука мисс Гилберт свисала бессильно, но не менее грациозно. Пальцы её…

Две головы рядом. Воронёная сталь и платина.

Капитану пришлось отступить по узкому коридору. Роль провожатого взяла на себя Хань Симен, но вместо радости это почему-то вызвало у Джошуа раздражение.

– Понимаете, Сима? Старухой. Смешно, правда? – пожаловалась мисс Гилберт, склонив голову.

На капитана глянула кротко. Глаза её…

Конечно, это из «Чёрных вдов», припомнил Джошуа. «Смешно, правда?» Сесиль так говорила. Гибель третьего мужа. «Ненавижу эту фамилию». Боязнь старости. Кто следующий? И вместо очередной жертвы – та девушка. Чёрные вдовы. Кто кого.

– Я уложу Изабеллу, – непререкаемым тоном сообщила Хань Симен и, отгородившись от капитана распахнутой дверью, ввела актрису в каюту номер один.

– Э-э… – выдавил Джошуа.

Хотел возразить, но не с дверью же разговаривать! Дурацкое положение. Впрочем, створку закрыли тут же. Пока капитан решал для себя вопрос, постучать или войти без стука, из комнаты выглянула Хань Симен и сказала:

– Кажется, вы должны дать нам какое-то питьё? Изабелле очень нужно что-нибудь для укрепления сил.