Но сначала нужно сделать что-то, чтобы не позволить Зебре-333 захватить Ио, решил Шерман. А уж потом можно заняться своим имиджем.

Зебра-333, не имевший еще звания генерала, был полной противоположностью Редакс и, командуя силами Департамента Иммунитета, пытался установить контроль над Юпитером. В планетарной системе именно на него возлагал свои надежды Амес. Будучи БМП, он существовал полностью в виртуальности. Сообщалось, что где-то у него хранятся в запасе тела, но он никогда ими не пользовался. Обычно такое воздержание негативно сказывалось на ментальной стабильности БМП, но Зебра-333 был, похоже, человеком исключительным во многих отношениях. Одно Шерман знал наверняка: Зебра — прекрасный тактик, намного лучший, к сожалению, чем Редакс.

Нельзя сказать, что Редакс совсем уж не имела никаких плюсов. Умная, способная, но… Чего ей недоставало, так это способности адаптироваться, подстраиваться под противника. Тем более, что этот противник мыслит на сто ходов вперед.

Редакс рекомендовала оставить Ио и отступить на Каллисто для перегруппировки и сосредоточения сил. Ее войска были слишком растянуты. Фланг оставался открытым. Существовал риск потерять все.

Сосредоточиваться, сосредоточиваться, сосредоточиваться. Только об этом она и твердила. Шерман читал об этом в ее рапортах и слышал каждый вечер в мерси. Неужели Редакс не понимает, что у противника есть доступ к мерси-каналам внешней системы? Нет, понимает, конечно. Просто ей наплевать.

Сосредоточиваться. Концентрироваться.

Генерал Редакс, если вы продолжите концентрироваться, то скоро окажетесь в концентрационном лагере.

Между тем Зебра-333, судя по направляемым ему материальным подкреплениям, готовил крупное наступление. Всем юпитерианским спутникам, еще находившимся в руках республики, угрожала опасность. И чем большую территорию захватывал Зебра — пока у него было три меньших луны Юпитера, — тем меньше энергии он должен выделять на содержание своей армии в космосе.

Если бы не сын, Синт, Келли Грейтор, скорее всего, не пережил бы свой первый год на Тритоне.

Его дочь, Обри, потерялась где-то в Мете, а жена, Данис, попала в тюрьму.

Корабль Обри так и не достиг внешней системы. Последний транспорт с наполовину конвертированными детьми пришел вскоре после того, как Келли и Синт Грейторы добрались до Тритона. Келли удалось выяснить, что Обри должна была отправиться на следующем корабле. Да вот только еще одного рейса уже не случилось. Департамент Иммунитета разгромил Друзей Тода, а руководителей организации казнили как лиц, занимающихся подрывной деятельностью. Оставалось только надеяться, что человек, заботам которого Келли вверил дочь, Лео Шерман, уберег ее неприятностей.

А вот его жена, Данис, определенно попала в цепкие лапы властей. Отчаяние нарастало по мере того, как из Мета поступали все новые и новые сообщения о растущей ненависти к свободным конвертерам. И хотя в подаче правительственных отчетах «центры временного содержания» представлялись малоприятными, но все-таки сносными с человеческой точки зрения виртуальными местами, Келли понимал, что в действительности ситуация там намного хуже.

Он никак не мог поверить, что обычные граждане Мета вот так, ни с того, ни с сего обернулись вдруг против целой группы населения да еще развязали настоящий геноцид. С другой стороны, никогда раньше ему не доводилось ощущать столь концентрированной и сфокусированной ненависти, исходящей от столь большого числа людей.

Да, геноцид возможен. И вполне вероятно, что именно этим занимаются в центрах содержания на Марсе и в остальных местах.

Данис была в Ноктис Лабиринтус. Келли не имел тому никаких доказательств, но чувствовал — так оно и есть, и это чувство терзало его душу, как черная, гнойная рана.

Даже теперь, хотя времени прошло уже немало, его не оставляли сомнения. Все ли он сделал для спасения Данис и Обри? Конечно, не все. Вечером, когда Келли укладывался спать, неспокойные мысли подсказывали все новые и новые, очевидные меры, которые ему следовало принять. Он предвидел именно такое развитие событий, но война пришла слишком быстро, нахлынула, как океанская волна на далекой Земле, и разбросала его семью прежде, чем они успели добраться до берега.

Его сын, Синт, похоже, осваивался на новом месте куда быстрее отца, но, глядя на него, Келли понимал — боль засела глубоко в сердце мальчика, перенесшего слишком много для своих девяти лет. Раз или два в месяц его настигали кошмары, и он просыпался в слезах, призывая мать.

Единственным спасением от эмоционального смятения оставалась работа: найти себе дело и предаться ему без остатка. Когда транспорт, на котором находились отец с сыном, повернул после захвата Плутона силами Мета в порт Нью-Миранда, Келли потратил большую часть сбережений на временное жилье. Как и следовало ожидать, война принесла во внешнюю систему ужасную инфляцию. Юная республика поклялась создать собственную денежную единицу, федеральный гринлиф, но провалила операцию по переводу старых гринлифов Совмещенного Директората в новую форму. Клаудшипы, выполнявшие функции выездных банков для всех миров, кроме Юпитера, в страхе отошли к Облаку Оорта, прихватив с собой всю наличность. Разумеется, он всячески уверяли, что средства по-прежнему доступны, что деньги можно получить — в виртуальной форме — в мерси-банках, но, как бывало уже не раз в истории, люди с биологической основой склонны верить только в те гринлифы, которые можно подержать в руках. Свободные конвертеры, в целом, отличаются большим здравомыслием, но шифрование и кодовый обмен — процедуры, собственно, и убедившие наиболее сознательную часть свободно конвертируемого населения поверить в виртуальные деньги, существенно повысили расходы по обслуживанию счетов. Некоторые из мерси-банков (все они контролировались клаудшипами) временно приостановили проведение финансовых операций, чтобы накопить на блокированных счетах достаточные для обслуживания средства. В результате рост экономики внешней системы замедлился до уровня эпохи прегриста.