– Потом «Нива» отъехала, – подвел черту по своим сообщением Иса, а для меня все события, что произошли за последнее время, уже разложились по полочкам. Все выглядело логично. И не так уж и мрачно, как казалось мне раньше. Оставалось лишь продолжать торчать в Бегуницах, пока не вернется Конфетка.

Вот только она не возвращалась.

Переставив «Эксплорер» к подъезду, в котором жил владелец «Нивы», мы продремали в машине почти до полудня, пока на улицу не вышла высокая женщина с двумя малышами.

«Это вполне может быть жена того мужичка, – сразу предположил я и отворил дверцу. – Почему бы не попытаться поговорить с ней? Вдруг повезет, и узнаю что-нибудь интересное».

Я, и правда, узнал. Много чего интересного. Из того, что у ее мужа, которого зовут Александр, действительно, есть белая «Нива», женщина и не подумала делать никакого секрета. При этом ее совсем не смутило то, что на улице к ней подходит незнакомый мужчина и начинает проявлять нездоровое любопытство.

– К Саше вчера должен был приехать двоюродный брат, – бесхитростно выкладывала мне она, косясь на мальчонку лет четырех, активно сгребавшего пластмассовой лопаткой снег. – Я его не дождалась, легла спать, но слышала, как уже ночью мужики сидели на кухне. А потом они отправились на дачу.

– Точно на дачу?

– Да. А мне написали записку. Володя и написал.

– Это который брат?

– Да. – Женщина внимательно посмотрела на меня, потом на «Эксплорер», и в ее взгляде промелькнула тень беспокойства. – А что, что-нибудь произошло?

– Ничего. Просто мне срочно нужен Володя. Мы работаем вместе.

– В милиции?

– В прокуратуре, – уточнил я, опасаясь, как бы моя собеседница не попросила продемонстрировать ей удостоверение. Но она была типичной деревенской простушкой и лишь махнула рукой:

– Прокуратура, милиция… Мне все одно. Я в этом не разбираюсь… Алешка, а ну кинь эту гадость! Кинь, я сказала! Вытри руку о снег! Беда с ними, паршивцами!

Когда я попросил принести мне эту записку, она доверчиво попросила приглядеть за ее сыновьями и быстро сходила домой. А потом на обороте этой записки на удивление доходчиво и подробно набросала мне план, как до их дачи добраться.

– Спасибо… Поехали, – сказал я Сереге Сварадзе, залезая в машину. – Муха с брательником укатили на дачу. Светка, похоже, погналась за ними. Не знаю, догнала ли. Проверим.

– Уверен, что это был прокурор? – обернулся ко мне Челентано, и я помахал у него перед носом запиской.

– Этот почерк я никогда не забуду. Глеб, оставайся пока в этой деревне. Вдруг вернется Конфетка. Мы быстро.

Хотя я был уверен, что быстро у нас не получится и на этой даче нас ждут приключения.

Но обошлось без них, и я не мог ответить сам себе на вопрос: «Хорошо это или плохо?» Конфетка и прокурор как воду канули, где продолжать их поиски и стоит ли их продолжать вообще, ни я, ни Сварадзе решить не могли.

Дачу мы отыскали без особых проблем. И так же, без проблем, сразу определили, что на ней, как минимум, сутки никто не появлялся. На засыпанной снегом дороге напротив участка никаких признаков того, что в последнее время здесь проезжала хотя бы одна машина. Ни вокруг дома, ни, тем более, на крыльце – ни единого следа.

– Все, валим отсюда, – распорядился я, пять минут потоптавшись около дачи, и Сварадзе принялся неуклюже разворачивать внедорожник на узкой дорожке.

– Может, мы перепутали? – предположил он.

– По плану все точно. Да и сортир… – Я кивнул на вызывающе выкрашенную ярко-розовой краской дощатую будку возле забора. – Где второй такой сыщешь? Та баба мне сразу описала его, как ориентир.

– А не могла она тебя налечить?

– Навряд ли, – покачал я головой. – Вылитая бесхитростная дерёвня. Сыграть бы она так не сумела.

– Значит, они ни на какую дачу ехать и не собирались. Торчат сейчас в какой-нибудь деревушке у местных шкур, а Светка сидит где-то рядом в засаде. Боится их упустить. И ей просто неоткуда нам позвонить. Черт, и надо же было потерять телефон! Что, Денис, возвращаемся в Питер?

– Да. Здесь торчать больше нет смысла. Сегодня идем в «Северо-Запад», – принял решение я и подумал: «На семь бед один ответ! Либо мы уже этой ночью спалимся на депозитарии, и все рухнет к чертовой бабушке, либо окажется, что везение все-таки иногда навещает меня, и мы сегодня возьмем эти проклятые деньги. И Светка отыщется. И привезет мне прокурора».

Как я тогда был бы счастлив! Сколько проблем сразу отлипло бы от меня и кануло в Лету! И испарилось бы ощущение полнейшей безысходности, которое коматозило меня вот уже больше месяца.