Что же делать, что же делать…

Вот если бы и те и другие жили на одном континенте и в одной стране – тогда другое дело. Но, как говорится, если бы у бабушки были яйца, она была бы дедушкой. Значит, придется позаботиться о том, чтобы оба сходняка произошли в одно время. По-другому не получится. А жаль! Я бы хотел лично присутствовать и там и тут. И не только присутствовать, но и принимать самое непосредственное участие, то есть, как говорила Наташа, прыгать по веткам с дымящимся стволом в руках.

Допустим, соберу я в одном месте и в одно время всех самых больших нарколюдей, соберу и изничтожу. Порадуюсь победе добра над злом и возликую, но радость и ликование будут недолгими, думаю, не дольше суток. Потому что на место наркобарона номер один тут же, немедля, сядет наркобарон номер два, сядет и возблагодарит мужественного непримиримого Знахаря за помощь в карьерном росте. А когда яростный борец с наркомафией Знахарь вместе с могущественными Игроками измыслит и воплотит в жизнь сверхковарный план по уничтожению всех наркобаронов номер два, их место займут те, кто значится под номером третьим…

Праздность – мать всех пороков, и главный порок – праздное умствование. Пришел человек, и не вполне трезвый человек, между прочим, сел покурить на бережку пруда, поглядел на воду, послушал шум водопада, и – пошло-поехало, еще немного – и начну я рассуждать о природе извечного Зла и ответственности Бога за все, творимое на Земле… Проблемы надо решать по мере их поступления, и сейчас моя задача – уничтожить наркобоссов по обе стороны Карибского моря.

Я бросил давно погасшую сигарету в воду и бездумно следил, как ее уносит течением. Окурок медленно уплыл, и я потерял его из виду. Кряхтя, потому что отсидел на жестком камне зад, я поднялся, отряхнул штаны и направился в сторону жилья, чувствуя, что настало время что-нибудь съесть, а также и принять немного на грудь. Жизнь в южноамериканском диком лесу, да и вообще вся эта тропическая обстановочка здорово расслабляли и подталкивали к некоторому разврату. Как в смысле основных инстинктов, так и в области пьянства. Главное – не лечь или не наступить на змею. И не споткнуться о крокодила. И не плюнуть в морду ягуару. И все будет нормально.

Завидев среди деревьев ставшие уже знакомыми хижины, я прибавил шагу, и тут навстречу мне вышел Серега. Он держал в руке все ту же бутыль и, похоже, приближался к блаженному состоянию.

– Слышь, Костя… – начал он, икнув.

Я подошел к нему и сильно ткнул кулаком в живот.

Ну не то чтобы действительно сильно, нет, но так, чтобы он почувствовал.

Он икнул еще раз и удивленно уставился на меня.

– Не понял, – сказал он, потирая мускулистое брюхо.

– Сейчас поймешь, – многозначительно ответил я, – какой я тебе, на хрен, Костя? Ты что, вообще мозги пропил? Хочешь, чтобы я поступил с тобой, как настоящий начальник? Хочешь?

И я еще раз двинул его в живот.

Бесполезно. Все равно что бить в мешок с песком.

– Ну ладно, Тедди, я все понял, – сообразил он наконец, – только не бей меня больше. У меня от этого только икота усиливается.

Вот ведь кабан здоровый!

Кто другой от такого удара согнулся бы, а этот только икает.

– Еще одна такая оговорка, и я запрещу тебе пить, – пригрозил я, – ты веришь, что я смогу проутюжить тебя, несмотря на то, что ты такой лось?

– Верю, – угрюмо ответил Серега, – разрешите идти?

– Идите, – смилостивился я.

Он сделал несколько шагов в сторону поселка, но неожиданно резко обернулся и, покачнувшись, радостно вскричал:

– Я чего хотел сказать-то! А ты меня сбил с толку! Педро связывался по рации со своими, и те сказали, что через час к нам прилетят гости.

– Гости? – я нахмурился, – какие еще гости?

Он встал в театральную позу и, завывая, произнес:

– Я пришел, чтобы сообщить вам пренеприятное известие!

Тут ему стало смешно, и он фыркнул, но, с трудом сохраняя серьезный вид, все же продолжил:

– Пренеприятнейшее известие. К нам едет ревизор!

– Какой ревизор? Говори толком!

– Точнее – ревизорша.

В моей голове мелькнуло подозрение, но, прежде чем оно оформилось в ясную мысль, Серега закончил:

– Ревизорша Рита. Знаешь такую?

– Знаю, – ответил я, – а ну дай сюда бутылку! Все только себе в рыло, нет чтобы о товарище вспомнить!

И, отобрав у него бутыль, я хорошенько присосался к ней.

Две бабы сразу – это слишком.

А если они устроят тут женскую дуэль на ножичках?

И я приложился к бутыли еще раз.

Хорошие бутыли делают в стране Никарагуа, большие и ёмкие…