А на просторной кровати, забившись в угол, сидела полуголая Рита и с ужасом смотрела на красивую мускулистую змею длиной метра в полтора, которая, приняв угрожающую позу и широко раскрыв рот, громко шипела на Риту. Змея, лежавшая на кровати в метре от Риты, была точной копией гада, которого Педро небрежно снял с ветки над моей головой, и я сразу же успокоился. Неторопливо усевшись на стол, я с удовольствием посмотрел на Риту, которая, совершенно потеряв все свое достоинство, затравленно уставилась на змею, и почувствовал себя полностью удовлетворенным.

Достав сигареты, я начал медленно шарить по карманам в поисках зажигалки, а Рита, бросив на меня ненавидящий взгляд, дрожащим голосом произнесла:

– Ну что ты смотришь, сделай что-нибудь!

– А что я могу сделать, – я пожал плечами, – все, тебе кранты. Это самая ядовитая змея, которая только водится на южноамериканском континенте. Называется – жарарака.

Черт его знает, откуда вдруг всплыло это название. Наверное, из какого-нибудь романа, прочитанного мною в далекой юности.

– После ее укуса смерть наступает примерно через три минуты, – продолжил я свой комментарий, – при этом человек успевает распухнуть, как трехдневный утопленник. Поздравляю! Не каждый может закончить свои никчемные дни так оригинально.

– Застрели ее, – прошептала побледневшая Рита, – там на столе лежит пистолет. Давай быстро!

– Ага, – скептически отозвался я, – а потом защитники природы затаскают меня по судам? Вот уж увольте. Выкручивайся сама, как хочешь. А я пошел.

Я слез со стола и, сделав Рите ручкой, направился к двери.

– Ну Костенька, милый, ну пожалуйста, – услышал я за спиной дрожащий голос, и мне стало еще лучше, – ну спаси меня.

Я с трудом убрал с лица широкую идиотскую улыбку и, повернувшись в Рите, спросил:

– А если я тебя спасу – что тогда?

– Тогда я сделаю все, что ты захочешь.

– Ну, – я пренебрежительно хмыкнул, – то, что ты имеешь в виду, я могу получить от тебя и так. Вы, бабы, только об одном и думаете, и считаете, что все другие, то есть мужчины, мечтают о том же.

– Ну Костенька… Ай!

Змея сделала выпад в сторону Риты, и та, вжавшись в металлическую спинку кровати, прижала руки ко рту, чувствуя скорую погибель.

– Ладно, я тебя спасу. Но с тебя фант. Идет?

– Идет, идет, давай сделай что-нибудь, ну! – быстро забормотала Рита, не сводя глаз со змеи, которая, как я думаю, была испугана не меньше, чем она.

Я подошел к кровати и беспечно схватил змею за шею.

Насчет шеи я, конечно, загнул, не было у нее никакой шеи, в общем – за туловище недалеко от головы. Но, как видно, до навыка Педро мне было далеко, потому что змея сразу же повернулась в мою сторону и цапнула меня за предплечье.

Я успел заметить, что во рту змеи не было привычных зубов вроде резцов, клыков и коренных. Все это заменяли две полоски мелких иголочек длиной миллиметров в пять, которые были направлены назад, как видно для того, чтобы просто зацепиться за добычу до того момента, как удастся оплести ее и начать душить.

Вот и эта гадина, уцепившись за мою руку своими мелкими зубками, тут же накинула несколько колец и стала ее душить.

Ее – это мою руку.

Мне было чуть-чуть больно, и по руке потекла тонкая струйка крови. Несчастная испуганная скотина все-таки слегка разодрала мне кожу. Но я, подогретый хорошей дозой вина, не обратил на это никакого внимания и, подняв перед собой руку с намотавшейся на нее змеей, сказал:

– Вот видишь, я гибну, спасая тебя, глупая женщина.

Рита, широко раскрыв глаза и рот, смотрела то на меня, то на удава, азартно душившего мою руку, потом ее рот закрылся, глаза сузились, и она прошипела не хуже этой самой змеи:

– Ах ты сволочь! Ах ты клоун несчастный! Я тут умираю от страха, а ты…

Я резко поднес змею к ее носу, и Рита, отпрянув, стукнулась затылком о спинку кровати. Раздался металлический звук, и в кровати отозвалась какая-то пружина.

Схватившись за затылок, Рита снова зашипела, но уже с другим выражением. Видать, она приложилась к железной трубе достаточно сильно. На ее глазах показались слезы, губы искривились, и хладнокровный агент Федеральной службы безопасности России Маргарита Левина позорно заплакала, громко хлюпая носом и прерывисто вздыхая.

Размотав змею, оказавшуюся неожиданно сильной, я выбросил ее в окно и сел рядом с Ритой на кровать.

Мое каменное сердце размягчилось, и, прижав Риту к себе, я стал укачивать ее, произнося при этом слова утешения:

– Ну что, будешь еще выпендриваться?

– Не-е-ет, не буду…

– Будешь относиться к мужчине с должным почтением?

– Бу-у-уду…

– Вина выпьешь?

– Вы-ы-ыпью…

– Не будешь говорить, что это бормотуха?