– Да, я поняла это – он смотрит на меня так, словно хотел бы утопить в заливе!

– Сатар опытный воин, его род служил моему роду на протяжении нескольких веков, а прежде чем возглавить мою стражу, он служил в иранской армии, сражался во время войны с Ираком. Его советы всегда были очень ценны. Но в этот раз я его не послушался. Потому что голос сердца вернее, чем то, что подсказывает нам разум.

Лика не стала возражать, хотя ее личный опыт говорил об обратном.

– Не бойся ничего и никого! Все мы подчиняемся тебе! Даже я! – заверил Джавад.

Маркиза подняла брови и поспешила перевести разговор на общие темы – чувствовала, что уступать его желаниям еще рано.

– Я полагала, что на востоке женщины не имеют права руководить мужчинами.

– О, эти западные стереотипы!

– Ну вы же не будете утверждать, что ваши… жены пользуются всеми правами западных женщин!

– Нет, разумеется, они не разгуливают в бикини по пляжам и не загорают, как это говорится – топлесс! Но здесь речь идет о культурных традициях, а не только о правах. Я знаю, что на Западе распространено мнение, будто в мусульманских странах женщина считается низшим существом. Но, простите, у нас в Иране сторонников равноправия полов больше, чем в Армении или Грузии, которые еще недавно входили в состав Советского Союза, страны, которая провозгласила это равноправие обязательной нормой жизни…

Да, усмехнулась она про себя, вспомнив трамвайных работниц в спецовках, матерящихся почище любого мужика. Кое в чем большевики все-таки преуспели.

– И все-таки, восток есть восток, запад есть запад… – сказала она.

– И вместе им не сойтись! – закончил цитату Джавад. – Обычно почему-то упускают вторую часть киплинговской фразы – «но они могут научиться понимать друг друга!»

– А они могут?!

– Ну мы ведь с вами разговариваем и понимаем друг друга! – Он наклонился, на губах его играла улыбка, но он уже не думал о том Востоке и Западе, все потеряло значение, она поняла это. В его черных глаза будто вспыхивали искры.

Его движения, слова, поцелуи были непохожи на то, что она испытывала с прежними любовниками. Это было скорее похоже на какой-то ритуал, и девушка возбудилась сильнее, чем обычно. Ширази был просто неутомим. Наверное, какая-то особенная восточная техника, сокровенная тайна, недоступная профанам-европейцам. И Маркиза была рада, что прикоснулась к этой тайне.

В тот же день ей впервые довелось наблюдать другой ритуал. Она случайно подглядела, как молится Джавад.

На нем были длинный халат и чалма, на ногах – простые сандалии. Он дотронулся руками до своих ушей, сложил перед собой ладони, сделал поклон и опустился на колени. Потом Джавад начал молитву, его голос звучал громко и был преисполнен истинного чувства. Время от времени он касался лбом пола. Потом оглянулся через правое плечо. Стало неловко – Лика не хотела, чтобы он заметил ее. Но тут Джавад посмотрел через левое плечо, и она поняла, что это просто часть ритуала.

Впрочем, как она догадывалась, восточной экзотики и традиций ей еще хватит. Лика успела осмотреть некоторые достопримечательности в Эмиратах. Несколько раз мелькала мысль – смыться от милого Ширази и пуститься снова в самостоятельное плавание. Но в настоящий момент у нее не было ни документов, ни денег, а кредитная карточка Джавада, с помощью которой она оплачивала свои покупки, будет сразу аннулирована, стоит ей исчезнуть из поля его зрения. Как Буратино, честное слово, – «беспаспортная, безработная, бездомная»! Так что придется продолжать путешествовать в компании влюбленного иранца. Да и нельзя сказать, чтобы эта компания была так уж ей не по душе!

«Летящий орел» стоял в порту рядом с почти такой же роскошной яхтой, принадлежавшей какой-то голливудской звезде. Джавад ревниво покосился на нее, но его капитан указал на какие-то недостатки этого судна и тем успокоил – мол, мы все равно здесь лучшие!

Пока Маркиза осматривала судно, на борт доставили несколько контейнеров, вызвавших ее любопытство.

Впрочем, никаких секретов в них не содержалось. Через полчаса контейнеры были распакованы, и иранец пригласил свою гостью полюбоваться их содержимым. Это были две прекрасные вазы.

– Это, можно сказать, традиция богачей, – сказал Джавад с улыбкой. – Ваша императрица Екатерина Великая, выезжая на лето в загородную резиденцию, перевозила в нее из столицы коллекцию камей, а один из римских императоров возил с собой даже штучные полы! Я мог бы доставить вазы самолетом, но мне будет спокойнее, если они будут при мне.

– А как же качка?! Они могут разбиться, если их перевозить не в упаковке!

– О, не беспокойтесь!

Беспокоиться и в самом деле было не из-за чего. Вазы укрепили на специальных подставках, прочно удерживавших их на месте. Кроме того, судно было оснащено специальными стабилизаторами, делавшими качку почти незаметной. Когда яхта вышла за черту волнореза в открытое море, Анжелика на какое-то время почувствовала неприятный позыв при виде вздымавшихся волн, но вскоре все прошло.

Наконец они вышли в открытое море, и порт остался позади.

Анжелика с трепетом смотрела на волны, несущиеся к берегу. Это было ее первое морское путешествие, и она надеялась, что не последнее. Все было в новинку.

– Сто лет назад в этих водах свирепствовали пираты-ваххабиты! – заметил Джавад. – У них была база в Шардже, оттуда они направлялись в Красное море и океан.

– Между прочим, – заметил подошедший капитан, – пираты и сейчас существуют. Эти мерзавцы предпочитают пользоваться моторными лодками – нападают на суда, где можно хоть чем-то поживиться, но в серьезные стычки не вступают. Настоящие шакалы! В апреле этого года они пытались атаковать американский танкер в Ормузском заливе, но он принадлежал военным, так что их быстро отогнали.