Те, задние, такого явно не ожидали. Они-то, судя по всему, рассчитывали влететь на мост, захлопнув ловушку. Послышался визг тормозов, затем удар железа о железо. Так, этим некоторое время будет не до него. Тем временем от «лендровера» отделились две тени. Они бежали к месту столкновения – и явно не видели Игоря, он находился вне освещенного фарами пространства. Игорь извлек пистолет. Тени попали в полосу дальнего света от «бумера». Кудрявцев сделал четыре выстрела. Двое неизвестных повалились на асфальт. Игорь двинулся назад, держась края моста, готовый к тому, что из второй машины откроют огонь. Но тем было явно не до этого. Приблизившись, Кудрявцев увидел, что на мосту стояла обычная «девятка». Лобовой удар с «бумером» превратил ее переднюю часть в металлолом. Интересоваться, кто там и что там времени не было. Игорь миновал мост и растворился в улицах пригорода Сестрорецка.

На вокзале Казака встречала Аленка. Завидев Сергея, девушка с места взяла хороший разбег и так прыгнула на него, что он, уж на что был крепкий парень, чуть не повалился на перрон.

– Наконец-то! Приперся, гад! А то сидишь в своем медвежьем углу и занимаешься разными темными делами! – орала она на весь Ладожский вокзал.

– Ты чего это так разошлась? – спросил Сергей, поцеловав девушку.

– А-а, это я вчера к подружке заехала поболтать, она тут живет неподалеку. Мы под коньячок сериал какой-то глядели. Про офигенную любовь. Вот я и прониклась… В самом деле, единственный стоящий парень – и все где-то болтается. А вокруг какие-то чмошники… Даже и переспать толком не с кем.

– Слушай… А что это ты с багажом? – спросил Казак, заметив на плече у девушки объемистую сумку.

– Так ты ж не зря сюда приехал, верно? Жить без приключений нам никак нельзя. Я и с работы отпросилась – типа веду журналисткое расследование.

Казак только хмыкнул. С Аленой Чигирь он познакомился во время одного веселого дела. Точнее, со знакомства с ней это самое дело и началось. С тех пор у них тянулась дружба, переходящая во время визитов Казака в постель. Впрочем, девушка была полезной и во многих других вещах. Она работала в медиаагентстве, которое, как считалось, выпускало газету, но на самом деле занималось «черным пиаром». То есть за определенную плату готова была смешать с дерьмом любого, на кого укажет заказчик. Там трудились зубастые волки информационных джунглей, умеющие найти компромат на кого угодно и на что угодно. Алена была волчицей не из последних. Когда-то совместные приключения с Сергеем открыли ей глаза на то, что в реальности представляет собой этот мир – и из дурочки-журналисточки, каких сотни, она стала специалисткой информационной войны. При этом на вид Алена оставалась все той же наивной дурочкой с широко открытыми на мир пустыми глазами. Именно поэтому она умудрялась в обыкновенном интервью вытягивать у разных ответственных товарищей совершенно убойную информацию. В общем, серьезная была девушка.

– Ну, и где твоя блат-хата? Ты когда звонил, сказал, что все схвачено. А то я бы нашла…

Казак огляделся. И тут же к нему подошел молодой неприметный человек.

– Вы Казак? Я вас проведу к вашей машине…

Квартира оказалась своеобразной, в таких Казаку бывать еще не приходилось. Она располагалась на Васильевском, на улице Репина – в жутко узком проезде, напоминающем улочки европейских средневековых городов типа Кракова. Но это еще что! Более всего поражала планировка жилища. Одна комната была как комната, но вот в другую вел узкий коридор из кухни – в обход первой. Все остальное было… Ну как всегда бывает на подобных квартирах, где размещаются нужные люди. Разве что имелся компьютер со всеми причиндалами.

– Вот что мне нравится у вас, у бандитов, так это хорошо налаженная инфраструктура, – сказала Алена, оглядевшись. – Приезжаешь – а рабочее место готово.

Казак врубил аппарат. На экране в углу появился значок, свидетельствующий, что с Интернетом все хорошо. Но загрузил «Оперу».

– Это уже безобразие! – послышался возмущенный голос девушки. – Если и бандиты стали сетевыми маньяками, то куда ж мир катится?

Алена стянула майку и прижалась к Сергею. Казак взял ее за плечи – и девушка сразу обмякла. Он знал эту ее особенность – переход от журналистской агрессивности к покорности мужской руке. До комнаты с кроватью было далеко – поэтому Сергей повалил ее на пол, на ходу стаскивая с девушки джинсы, а потом и сам кое-как освободился от одежды. Когда Сергей вошел в нее, она издала протяжный стон. Секс получился интенсивный, но непродолжительный. Уже вскоре Алена, блаженно жмурясь, разлеглась на Сергее.

– Надо же, как, оказывается, я тебя хотела. Вот что значит смотреть на ночь сериалы. А тут еще подружка жаловалась, дескать, она к молодому человеку пришла, вся такая-растакая, принимает на диване разные эротические позы – а он, сволочь, в монитор пялится. Она ж не в Интернете, и, значит, ему не интересна. Вот я и подумала – приедет Сергей, он из тайги, он не такой.

– У нас там, кстати, тоже Интернет.

– Вот, блин, скоро в мире романтики совсем не останется. Приедешь куда-нибудь в Африку, в джунгли – а там возле хижины сидит негр и шарится в том же самом «Живом Журнале»… Ладно, давай кофе, что ли, выпьем. Если он тут есть.

Алена слезла с Сергея, быстро оделась и двинулась на кухню. Когда туда подтянулся не очень торопившийся Казак, вода в «Сименсе» уже готовилась закипеть – а Алена раскладывала на столе какую-то нарезку из упаковок. В углу просторной кухни находился бар. Сергей вытащил оттуда бутылку виски.

– Ну, что, давай за встречу старых друзей. И за начало нашей плодотворной совместной работы.

– Про работу ты по телефону говорил, «типа подробности при встрече». Что там у нас?

В глазах девушки загорелся холодный азартный огонек. Нет, журналистика – это диагноз.

– Дело такое. Понимаешь, у нас всплыли три картины старого мастера. Судя по всему, они из Питера. Среди краденых не значатся. Так вот, нужен человек, который хорошо знает обстановку на местном художественном фронте. И хорошо бы – чтобы имел какое-то понятие о том, как серьезные картины толкают на Западе. Я, сама понимаешь, в этих делах лох лохом.

– Какой вопрос, командир, сейчас мобильник из куртки выну – и начнем…

Идея начать поиски именно так, казалась Казаку наиболее продуктивной. В самом деле, обращаться к партнерам Ишмуратова, ничего не имея, он считал лишним.