— Почему не помочить их всех раньше?

— У тебя так чешутся руки? — улыбнулся Олег. — Я же сказал: потерпи. Долго, думаю, ждать не придется. Когда будет надо, Вика даст тебе людей из «Пинкертона». А пока главное: не выпускать «Простоквашино» из поля зрения. Ни на день. Вот такой тебе добрый совет. А уж следовать ему или нет, решай сама.

— Хорошо, твой совет я учту. Я даже знаю, как постоянно держать приют под наблюдением.

— У тебя там кто-нибудь есть? — догадался Олег.

— Надеюсь, что да, — сказала Тамара.

И на следующий день отправилась в Вырицу. «Простоквашино» за два месяца ожило, буквально восстало из пепла. Вернее, из снега. У ворот снова дежурили двое привратников с эмблемами питерского охранного агентства на униформе, дорожки на территории были тщательно расчищены, из трубы кочегарки валил дым, из-за спального корпуса доносился гомон гуляющей ребятни.

— Я к Аглае, — сообщила Тамара одному из охранников. Тот сделал удивленную физиономию. Переглянулся с напарником.

— К Аглае? Здесь таких нет.

— К поварихе, — уточнила Тамара.

— Поварихой у нас Зинаида Семеновна. А Аглаю, похоже, уволили. Во всяком случае, чего-то такое я слышал. — Охранник оказался довольно любезным. И это вселяло надежду, что сегодняшняя поездка всё-таки не окажется зряшной.

— А Ольгу тоже уволили?

— Воспитательницу? Нет, работает.

— Я пройду к ней?

— Не выйдет, — рассмеялся охранник. — Наши начальнички боятся заразы извне.

«Понятно, какой заразы. Я и есть такая зараза!»

— Не беспокойтесь, я абсолютно стерильна. Я всегда пользуюсь презиками.

Теперь рассмеялся и второй охранник.

— Нет, всё равно не получится. Мы не хотим лишиться работы. Сейчас схожу, позову Ольгу сюда. Как вас представить?

— Скажите, освободительница. Она поймет.

Ольга искренне обрадовалась встрече.

— Я так и поняла, что это ты, — сказала она, выйдя за калитку. — Только почему «освободительница»?

— А ты забыла, как когда-то меня назвала?

— Забыла.

— Зато запомнила я. Оля, нам надо потолковать. Отпросишься на пару часов?

— Не знаю. Навряд ли…

Ей без проблем удалось отпроситься до вечера.

Они доехали до Вырицы, где возле вокзала нашли небольшое кафе. И просидели в нем до темноты. Тамара подробно излагала историю «Доброго Дела», раскладывала на столике фотографии, сделанные Петром. Ольга внимательно слушала. Не понимая, зачем ей все это рассказывают. Лениво ковыряя вилкой бифштекс…

Но вскоре ей стало не до бифштекса. Она замерла, уткнувшись отсутствующим взглядом в тарелку. Не в силах поверить тому, о чем сейчас говорила Тамара.

— Это серьезно? — наконец пробормотала Ольга.

— Такими вещами не шутят. И подобные обвинения огульно не предъявляют.

— Да, да, конечно. Ты из милиции?

— Нет.

— А ты обращалась туда?

— Снова нет.

— Почему?

— Потому, что это не принесет никаких результатов. Во-первых, ничего не доказать. А во-вторых, даже если бы я и предъявила неоспоримые доказательства, их всё равно бы благополучно похоронили. У тех, кто стоит за этим дерьмом, всё схвачено. Они вывернутся.

Тамара благоразумно умолчала о том, что существует еще и «в-третьих». Пожалуй, самая основная причина — понятия. По которым путь в мусарню был ей заказан. И приходилось решать всё самой.

— Я сегодня же напишу заявление об увольнении. — Ольга наконец оторвала взгляд от тарелки, перевела его на Тамару, словно спрашивая: «Ведь правильно?»

— Нет. Ты ничего не напишешь. И ни словом, ни взглядом, ни действием не покажешь, что тебе известно про эти убийства. Будешь работать, как прежде. Будешь стараться. Будешь исполнительной и незаметной. И будешь наблюдать за тем, что происходит вокруг. Трубка, которую я тебе подарила…

— Не проплачена, — пискнула Оля. От всего услышанного у нее даже сел голос.

— Я подкину денег на счет. Звони каждый день. Произошло что-нибудь, не произошло, всё равно звони. И главное, не упусти момент, когда начнется оживление в лазарете. А теперь скажи, детей сейчас передают на усыновление?

— Да. Но я никогда не подумала бы, что на этом зарабатывают деньги. Мне казалось, что «Доброе Дело» — благотворительная организация.

— Не будь столь наивной, — хмыкнула Тамара. — Руководители благотворительных организаций разъезжают на шикарных джипах и живут в трехэтажных коттеджах. У вас часто появляется Котов?