Управляющий сунул банкноты во внутренний карман, открыл ящик стола и достал оттуда связку ключей.

— Ключи от кабинета плюс запасной комплект от домика управляющего. Там у меня хранится еще один комплект ключей от конторы.

— Отдадите их Джонасу, — распорядился Роб. — А потом скажите своей семье, пусть собирают вещи. Не пытайтесь забрать что-либо из мебели, которая находилась в доме, когда вы вселились в него. Я хорошо помню все, что там стояло. А в этом кабинете есть что-нибудь лично ваше, что не принадлежало поместью и не было куплено на ворованные деньги?

Взгляд Бакли обежал комнату и остановился.

— Акварель. Это работа моей жены. Она преподнесла мне ее в качестве свадебного подарка.

Картина не представляла собой ничего особенного, так что Бакли, скорее всего, говорил правду.

— Забирайте ее. Если ваша жена захочет узнать, почему вас уволили столь внезапно, скажите ей, что новый граф — дурно воспитанный самодур, который просто не пожелал оставить у себя управляющего своего отца.

— Но… эта причина в любом случае лучше правды. Благодарю вас, — негромко произнес Бакли, снимая картину со стены. — Вы благороднее своего отца или брата.

Роб понятия не имел, что должен ответить, но тут вмешалась Сара:

— Разумеется, это так, мистер Бакли. А теперь ступайте и более не грешите.

Бакли коротко кивнул им на прощание и удалился. Сара со вздохом облегчения откинулась на спинку кресла.

— Боже, как интересно!

— Еще бы. Спасибо за то, что вручили мне боеприпасы, когда они понадобились. — Роб ощутил укол вины, когда заметил, какой усталой она выглядит. — Вы не возражаете против того, чтобы присмотреть за конторой, пока я отвезу деньги в дом? Сомневаюсь, что Бакли вернется, но если это случится, то одного взгляда на вас ему хватит, чтобы бежать отсюда куда глаза глядят.

— Он больше не доставит вам неприятностей, — с уверенностью заключила Сара.

Роб вынул из шкафа несгораемый ящик и опустошил его, после чего уложил внутрь шкатулки с ворованными деньгами.

— Хорошо, что не все это — золото, иначе тяжесть получилась бы просто неподъемной.

— Пять тысяч фунтов станут серьезным подспорьем для арендаторов. — Сара усталым жестом заправила за ухо выбившийся из прически локон. — При условии, что деньги пойдут на ремонт ферм. Наверняка имеются и другие долги.

Роб поморщился, запирая несгораемый ящик.

— Полагаю, что через неделю стряпчий Келлингтонов пришлет мне их список. Но на мой взгляд, нет ничего более срочного, чем ремонт ферм арендаторов. В конце концов, именно они создают доход. Кроме того, сейчас весна, и результаты могут сказаться уже в этом году.

— Не забудьте прикупить баранов-производителей у Кука Норфолка, — посоветовала девушка. — Они действительно лучшие.

— Не забуду, — пообещал он. — После того как сложу это богатство в доме и попрошу Джонаса проследить за отъездом Бакли, я вернусь за вами. Надеюсь, что благодаря той магии, которой вы воспользовались в кухне, нас сегодня ждет хороший ужин.

— Хочется верить. — Сара подавила зевок. — Кухарка очень рада тому, что в доме поселился новый граф, и горит желанием продемонстрировать вам все свои умения.

— Я распоряжусь, чтобы Гектор подал к ужину какое-нибудь хорошее вино. Если в Келлингтоне и осталось что-либо первоклассное, так это винный погреб, — сухо заметил Роб.

Он вышел из конторы управляющего, зажав под мышкой несгораемый ящик, а вслед ему летел звонкий смех Сары. Итак, новые обстоятельства выглядели уже не столь гнетущими, как прежде. Теперь он не только располагал небольшим состоянием, но еще и с нетерпением ожидал трапезы с Сарой при свечах.

Если ему действительно повезет, бабушка предпочтет отужинать в собственных покоях.

Джонас был на конюшне, и новости об отъезде Бакли привели его в восторг. Он пообещал, что задержится допоздна, дабы помочь семейству собраться и отбыть ранним утром. Поскольку Джонас знал их всех, то никаких сложностей не предвиделось.

Много лет назад отец Роба распорядился установить сейф в уродливом маленьком кабинете. Поскольку Роб всегда отличался наблюдательностью, он знал, где находится сейф и как его открыть, так что ему не понадобилось много времени, чтобы поместить спасенные деньги в безопасное место.

Вернувшись в контору управляющего, он застал Сару дремлющей за столом, с головой, опущенной на скрещенные руки. Выпрямившись, она приветствовала его сонной улыбкой, а ее карие глаза показались ему теплыми и ласковыми, как горячий шоколад.

Интересно, каково было бы видеть эту улыбку каждое утро на подушке рядом с собой? Отогнав подобные мысли, он сказал:

— Все в порядке, и теперь мы можем расслабиться за хорошим ужином. Миледи? — Роб предложил девушке руку.

— Благодарю вас, милорд. — Она возложила маленькую, легкую ручку на сгиб его локтя, и они вдвоем вышли из конторы управляющего.