1 марта Гордиенко вместе с кошевым судьей, писарем и тысячей сечевиков с девятью пушками выступил в поход, как он говорил, поближе к театру военных действий. Войско запорожцев остановилось в Переволочне, куда 12 марта прибыло посольство от И. Мазепы. Послы уговорили запорожцев перейти на сторону шведов, а уже через день запорожцы вместе со шведами напали на русский гарнизон в Царичанке. Превосходя по численности почти вдвое царичанский гарнизон, шведы и гордиенковцы перебили многих русских, взяли в плен около 150 человек (так они продолжали действовать и в дальнейшем), из которых Гордиенко часть отправил крымскому хану, а остальных – Карлу XII. Одновременно король и кошевой вели переговоры с крымским ханом о совместном походе на Москву. При этом запорожцы обратились к крымскому хану с просьбой принять их под свою руку. По примеру Мазепы Гордиенко 15 марта отправил письмо польскому королю Лещинскому, в котором признавал его власть над Запорожьем, а 27 марта Гордиенко принес присягу королю. Создание коалиции против России грозило серьезной опасностью. Письменные увещевания запорожцев не имели успеха.

Г. Долгорукий в письме к Меншикову писал: «Кощевой вор пишет универсалы за Днепр в Чигирин, прелшая к мазепинской стороне. Сего ради мы туда учиня полковником Чигиринским Калагана послали, о котором чигиринцы сами прилежно нас просили, которому приказали от всех шатостей стеречь заднепровскую сторону».

По указу Петра 6 апреля к Сечи отправляется отряд в составе 6 пехотных полков под командованием Яковлева. Он получил строгий приказ не подвергать запорожцев наказанию, если они не будут оказывать сопротивления. По дороге к Сечи отряд, в связи с отказом добровольно его впустить, штурмом взял Келеберду и Переволочную. Жители же Старого и Нового Кодака принесли повинность и добровольно открыли ворота городов.

7 мая отряд подошел к Каменному Затону. Яковлев предложил жителям Сечи впустить отряд, но те отказались. Начался штурм, во время которого русские, потеряв 300 человек убитыми и ранеными, смогли овладеть Сечью. В крепости царские войска обнаружили всего 300 человек. Большая часть запорожцев незаметно ушла на лодках. (А может, их выпустили?) Все постройки в Сечи отряд предал огню. Ценности, артиллерия (36 пушек, 4 мортиры, 12 гаубиц), боеприпасы и войсковые клейноды были вывезены в царскую ставку. Однако не следует думать, что все запорожцы выступали против царя. Значительная их часть, как в целом и все украинское казачество, пошло под знамена И. Скоропадского.

В начале июня Петр I прибыл под Полтаву. Российские войска и казаки гетмана И. Скоропадского активизируют свои действия: 13 июня они с двумя пехотными полками и четырьмя драгунскими переправились через Псел и совершили рейд по тылам шведов. На следующую ночь 2500 драгун и солдат ворвались в Старые Санжары. В городе они перебили шведов, захватили две полковые кассы и освободили 1270 пленных. 15 июня 12 конных и 3 пехотных полка К. Э. Ренне с казаками, волохами и калмыками, двумя спешенными полками драгун у деревни Петровка перешли Ворсклу и заняли плацдарм, находящийся в 12,5 километра от шведского лагеря. Во время одной из таких атак пуля одного из русских солдат (по другим версиям – пуля казака) пронзила ногу короля от пятки до конца пальцев, перебив все кости ноги. Но вместо того чтобы подумать о своей ране, король в течение более двух часов объезжал все посты своего лагеря.

К 19 июня русские войска перешли Ворсклу, как в свое время сделал Дмитрий Донской, и вблизи Полтавы стали готовиться к решающей битве. На поле близ Полтавы, расположенном между двумя лесами, перед фронтом русской армии строились редуты (по различным данным – 10–12), реданы для пушек, валы для защиты пехоты. Редуты строились перпендикулярно друг другу на расстоянии ружейного выстрела. В редутах располагались пехота и артиллерия. Задача защитников редутов состояла в том, чтобы задержать первый стремительный натиск шведов и в нужный момент перейти в наступление. Петр шел на «генеральную баталию», возлагая надежду не только на количественное превосходство сил и артиллерии, но и на мужество армии.«Победу, – говорил он, —решает воинское искусство и храбрость полководцев и неустрашимость солдат. Грудь их – защита и крепость отечеству».

26 июня Петр I объехал войска, побеседовал с генералами и офицерами, обратился к солдатам, подчеркнув, что они сражаются не за Петра, а за государство «ему врученное». При этом он подчеркнул, что украинцы «смиренны и в верности при нас стоят». И еще его слова: «Прошу доброго вашего подвига, дабы неприятель не исполнил воли своей и не отторгнул бы толь великознатного малороссийского народа от державы нашей, что может быть началом всех наших неблагополучий». К вечеру русские войска уже подготовились к генеральному сражению. За поперечной линией редутов расположились 17 полков конницы Меншикова. Главные силы армии – свыше 50 батальонов и около 70 орудий – были сосредоточены у деревни Яковцы, в 5 километрах от Полтавы. Общая численность русских войск достигала 42 тысяч человек при 102 орудиях. Полки гетмана И. Скоропадского заняли позицию между Будищами и Решетиловкой, преградив этим возможный путь отступления шведов к Днепру и на Правобережную Украину. Свободный путь отступления для них оставался только вдоль течения Воркслы на Переволочну.

Численность шведских войск достигала 32 тысяч человек, при 39 пушках (во время боя они использовались не все) и нескольких тысяч казаков И. Мазепы.

Готовясь к генеральному сражению, два фельдмаршала, русский Шереметев и шведский Реншильд еще 25 июня заключили джентльменское соглашение: начать битву 29 июня, а «до оного сроку никаких поисков через партию и объезды и незапными набегами от обоих армий не быть». Слухи о приближающейся 40-тысячной русской коннице (калмыков) дало повод Карлу нарушить это соглашение.

В третьем часу ночи 27 июня в русском лагере услышали тяжелый гул – тысячи солдатских ног и конских копыт сотрясали землю, направляясь к позиции противника. Занявшиеся укреплением редутов, русские солдаты, бросая заступы, слеги и топоры, расхватали мушкеты. Один из шведов позже писал, что на редутах поднялся чудовищный крик, слышный далеко вокруг. Пехота шведов бросилась на редуты, но оказалось, что кроме поперечных, имелись еще и продольные редуты. Таким образом, шведы попадали под обстрел со всех сторон. Кавалерию шведов встретила контратака кавалерии Меншикова. По приказу Петра, выполнив свою задачу, Меншиков отвел своих воинов. Шведы, приняв этот маневр за отступление, бросились следом, но снова попали под огонь орудий и ружей. Пытаясь спастись в лесу, они встречали здесь смерть от российских пуль. К четырем часам утра совсем рассвело, и шведам стало ясно, что редуты в темноте и без потерь пройти невозможно. Но шведы в боевом порядке вновь пошли в наступление. К этому времени русские драгуны освободили зону обстрела. С каждой крепостцы-редута по шведам ударила картечь, а затем следовал залп из мушкетов. На некоторое время наступление приостановилось.