– Когда? – спросила Шаха, смотря на меня злыми глазами.

– Я ничего ему не говорила, – тут же заявила я.

– После несостоявшейся тренировки, – невозмутимо продолжил Зихку.

– Рина, Доку, Каши… кажется, я уже не помню.

– И с кем у тебя произошёл конфликт?

– Ни с кем. Это Элина поругалась с Риной, – пробурчала Шаха, отпивая из стакана. Зихку согласно кивнул и погладил её по талии. Я решительно ничего не понимала. То они скрывают свои отношения, то Зихку приглашает Шаху сюда и интересуется сплетнями в Роху… можно подумать он о них и раньше не знал. А ещё говорит, что больше не желает видеть её на арене. Что в голове у этого мужчины? Но мои сумбурные мысли прервало появление на лужайке вчерашней рахуши. Ох, нет, теперь они ещё разбираться будут. Я поднялась с колен Доргу, скривилась от боли, но всё же села прямо.

– Мар, – поздоровалась Рина, быстро осматривая нашу дружную компанию. Зихку же сверлил её непроницаемым взглядом и нежно поглаживал испуганную Шаху.

– Рина, какое главное правило в Роху? – вдруг спросил он.

– Роху – одна семья, – ответила та и едва заметно дёрнула головой, когда к ней приблизился наставник. Он кивнул Зихку и Доргу, приветствуя их, и встал рядом.

– Эта рахуша мне больше не нужна. Продай её кому-нибудь в Крайние земли, – сказал Зихку.

– Только эту? – спросил наставник, намекая на то, что эта рахуша была не единственной в своих нападках на Шаху. Надо же какая забота и догадливость. Он то, надо думать, прекрасно понял причину такого решения и даже был согласен с ней.

– Только эту, рини? – переспросил Зихку и нежно коснулся губами ушка Шахи.

– Да, – прошептала та. Что ж, благородство не порок.

Ещё один вздох и медленный выдох. Главное высвободить лёгкие до конца, выровнять дыхание. Да, последний километр был лишним в утренней пробежке, а если бы мой учитель по айкидо увидел, что я провожу традиционную разминку после такого кросса, был бы в ярости, да и не осталось практически ничего от того времени, к чему об этом говорить. Традиционное айкидо не предназначено для таких боёв, в которых я учувствовала. Это скорее философия, и оно никогда не было соревновательным видом боевых искусств. Конечно, я никогда не исповедала её полностью, но занималась самоотверженно, что стало прекрасной базой для Рану, который, собственно, и сделал из меня какую-никакую, а всё-таки рахушу.

Поднялась на ноги. Сначала разминка корпуса, потом рук, ног, все связки и суставы должны быть подготовлены к нагрузке, я должна быть уверенна не только в силе, но и в том, что не вывихну себе запястье. После – упражнение на равновесие, главное в этом не напрягаться…

– Элина.

Я вздрогнула от резкого голоса. Открыла глаза и обернулась.

– Слоу? Ты меня напугал.

Наставник удивлённо приподнял брови.

– Почему ты занимаешься здесь? – показал он носом на лужайку возле моего любимого пруда. – Из-за Дары?

– Нет. Но я сегодня хочу сделать кое-что, а для этого мне нужно сосредоточиться и провести хорошую разминку. А в Роху все смотрят, смеются. Мне, в общем-то, плевать, но не сегодня, – ответила я, понимая, что из моего сумбура мало что понятно. Но Слоу согласно кивнул. Хорошо, не знаю как бы я ему объясняла, что хочу залезь на скалу и спрыгнуть с неё. Да и Доргу я пока об этом не говорила. От Зихку мы вернулись ещё вчера, но времени обсудить моё безумное желание не нашлось.

– У тебя странная техника, никогда не видел. Рану этому не учит.

– Нет, Рану я досталась уже с этим добром, – рассмеялась я. – Я ведь не была хорошим бойцом, хорошая координация, владение телом, техника владения оружием, но не убийца. Наставник потратил много трудов, чтобы я смогла выйти на арену.

– И основа твоей техники не сила.

– Нет. Меня учили, что сила это не главное, и айкидо направленно на то, чтобы силу противника использовать против его самого, достичь максимального эффекта при минимальных усилиях. И для выгодного использования движений противника нужна не грубая физическая сила, а тонкость и гибкость ума, но это так мой учитель говорил. Как по мне, слишком пафосно.

Слоу усмехнулся.

– Но Шаха тебя сильней. И физически, и двигается лучше… – как бы невзначай сказал он. Я пожала плечами.

– Она рахуша, я нет. К чему эти вопросы?

– Я хочу, чтобы ты тренировалась с моими рахушами, – немного помолчав, ответил Слоу. – Они топчутся на месте, Рану тоже не знает как их простимулировать, а с твоей техникой он знаком плохо. Говорит лишь то, что у тебя глаза на спине и всё… Думаю, им пойдёт на пользу знакомство с чем-то новым и эффективным.

– А с Доргу ты это обсуждал? – осторожно спросила я.

– Да. Он против.

– И? – моё недоумение было написано у меня на лице.

– Элина, ты всё равно ходишь в Роху, тебе это необходимо. Пусть и не считаешь себя рахушей, но это в твоей крови. Так давай поможем друг другу, я буду заниматься с тобой, а ты тренироваться с моими рахушами.

– То есть запрет Доргу тебя не волнует?

– Ты ведь сможешь его уговорить, – ухмыльнулся Слоу и сложил руки на груди.

– Давай ка подведём итог: ты предлагаешь фактически помогать тебе в воспитании дамочек, которые меня ненавидят и спят и видят – как бы меня придушить, а взамен силовые нагрузки и удары кнута за непослушание? – я едва сдерживала смех. Он сам-то понимал, как нелепо его предложение.