– Так с какими судьбами? – спросила я, обнимая своего мужчину. – Я же сказала: буду к закату, как ты просил.

– Эли, как тебе в голову это взбрело? – он немного отстранился от меня, окинул недоверчивым взглядом, как будто удостоверился, что я это я и взял мои руки в свои. – Ты вся дрожишь.

– Это адреналин.

– Идём, – потянул меня Доргу и непонимающе нахмурился, встретив сопротивление. Я подошла к нему, поднялась на носочки, поцеловала в губы. Они были влажными, прохладными.

– Люблю тебя, Доргу. Только не пугайся, ладно? – прошептала я, обнимая его нечёсаную голову и смотря в глаза.

– Что?

– Ты спрашивал: как я собираюсь спускаться.

Я погладила его по щеке, сделала шаг назад, резко развернулась и побежала к краю обрыва. Оттолкнулась и прыгнула в пропасть, раскрывая свои матерчатые крылья.

– Элина! – донёсся до меня крик Доргу.

– Я лечу! Доргу! Я лечу! – кричала я, сходя с ума от счастья и переполнявшей меня эйфории. Ветер мягко подхватил меня и понёс прочь от скалы.

Как прекрасен этот мир, я видела всё, речку, обвивающую Золра с низенькими домами и красными крышами, вдалеке – холм, на котором находился дом Доргу, дальше лес, рядом поле…

Хотелось закрыть глаза и просто наслаждаться потрясающим мигом, которого, вполне возможно, у меня больше никогда не будет. Хотелось отдаться потокам воздуха и судьбе, пусть они решают, куда меня унести, и где меня встретит земля, но нет…

Потянулась к лямке и сорвала с неё заклёпку, за спиной в ту же секунду заструилось полотно парашюта, а вслед за ним резкий толчок – купол раскрылся. Я взялась за стропы, управляя своим полётом, а то на своих псевдо крыльях я улетела слишком далеко от Золра. Вот только спуск был слишком быстрым, видно Зор что-то не то сделал.

Бросила взгляд на мягкое кольцо на правой руке, активирующее страховку. Нет, думаю, оно мне не понадобится.

Земля уже близко, я приготовилась, кувырок и легла на траву, купол парашюта аккуратно упал за мной.

Я закрыла лицо руками и рассмеялась. Громко, от души и переполнявших чувств. Я кричала, сотрясаясь от смеха и плача одновременно, счастья и отчаянья. Стянула с себя лямки парашюта, легла на бок. Остановиться не было сил, как будто прорвало плотину… я отчаянно не хотела уходить, но я видела наш конец. И не потому, что я не желала бороться или потеряла надежду, нет, я просто знала. Как будто предчувствие… предчувствие, что всё заканчивается.

– Эли! – раздался отчаянный крик Доргу, а вслед за этим он упал радом со мной на колени. – Рини, рини, посмотри на меня. Что с тобой?

Доргу нежно перевернул меня, убрал руки от лица. Он гладил меня, стирая слёзы, целовал губы, руки…

– Что болит, рини? Лекаря позвать?

– Нет, – прошептала я. – Со мной всё хорошо. Обними меня, пожалуйста.

Доргу шумно выдохнул, лёг рядом и прижал к себе.

– Эли, сумасшедшая…

– Ты сказал: иди куда хочешь, – сказала я, уже успокаиваясь. – Я больше не нужна тебе.

– Зачем ты полезла туда? – Доргу прижал меня к себе сильнее, решив проигнорировать мои слова.

– Я люблю опасные подъёмы, чувство полёта и адреналин. Это мой наркотик.

– Поэтому ты плачешь?

– Нет. Но в последнее время я всё время реву, надоело уже, – сказала я, перевернулась и посмотрела на Доргу. – Но больше никаких слёз. Не хочу, чтобы ты запомнил меня плаксой.

– Кто сделал это для тебя? Лиру? – уже строго спросил Доргу.

– Нет, его сын.

– Эли, ещё нечто подобное и я закрою твой неограниченный кредит. Платить за твои безумные выходки я не желаю.

Я поднялась, легла прямо на Доргу и коснулась губами его носа. Гневный взгляд немного потеплел.

– Ты мне разрешил, так что сам виноват. А отказаться от этого я не могу.

– Эли, есть другие способы. Зачем рисковать жизнью?

– Какие способы? Предложишь достойную замену, и я больше не полезу… так высоко, – добавила я.

– В юности я учувствовал в Драконьих играх, – немного подумав, ответил Доргу. – Они, конечно, тоже опасны, но не настолько. Попробуй. У меня есть три ездовых дракона.

Я приподнялась и села на Доргу верхом.

– Зихку говорил об этих играх, предлагал Шахе показательные бои, разве они ещё не начались?

– Да, открытие уже было, но до конца ещё далеко. Мои драконы всегда учувствуют в них. Правда, первых мест не берут, не знаю почему, особи хорошие, сильные. Я могу заменить наездника на следующем этапе игр. Только вот этого, – посмотрел он за мою спину, где осталась скала, – я видеть больше не желаю. А то, что ты подговорила Слоу… – Доргу замолчал, не находя подходящего слова моему поступку.