Тем временем Рен продолжал дрыхнуть без задних ног, его явно не потревожила наша суета. Ти Джей, который спал на ходу, схватил кулер и понес его наверх. Я последовал за ним.

— Эван, а ты приготовишь нам вафли? — поинтересовался он.

— Да, Ти Джей, я приготовлю вам вафли.

Я смотрел, как Брент треплется с Эммой, и вспоминал о минуте откровенности на пляже. Конечно, еще два года назад она наверняка сказала бы еще меньше, однако ее загадочный ответ наводил на размышления. Впрочем, Эмма явно старалась, что само по себе уже было неплохо.

— У вас есть дома на берегу с тремя спальнями? — поинтересовалась Эмма после того, как нам показали уже второй крошечный домик из списка дамы из агентства.

Эмме явно не понравился скромный коттедж, расположенный на боковой улице примерно в миле от воды.

Я увидел, как дама оценивающе посмотрела на толстые белые носки и шлепанцы Эммы. Но Эмме было наплевать, как она выглядит. Она ждала ответа.

— Ну, у меня есть… — Дама одернула синее льняное платье без рукава и медленно произнесла: — Но, боюсь, этот дом вам не по карману. Он не в вашей ценовой категории.

— Неужели? — развеселилась Эмма. — Я хотела бы на него взглянуть.

Меня несколько озадачило ее упорство.

— Ну ладно. — Дама вздохнула и захлопнула папку.

— И что ты задумала? — спросил я, когда мы сели в пикап Нейта.

— Ты о чем? — удивилась Эмма, хотя точно знала, что́ именно я имею в виду. — Я хочу поселиться у самой воды.

В ответ я лишь отрывисто рассмеялся, и мы пристроились за золотистым «мерседесом» риелторши.

«Мерседес» остановился перед большим белым домом. Настолько большим, что у меня глаза полезли на лоб. Я повернулся к Эмме, но она только усмехнулась.

Я прекрасно понимала, что дамочка специально привезла нас к этому дому, чтобы поставить на место. Хотя, если честно, мне было плевать на размер дома. Риелторша вышагивала впереди нас в своем облегающем, как перчатка, платье, цокая высокими каблуками по каменной дорожке. С ехидной усмешкой на лице она открыла дверь и пропустила нас вперед.

Первое, что бросилось в глаза, была стеклянная стена, обращенная в сторону океана. Это было все, что мне нужно.

— Мы берем его, — сказала я.

— Но вы даже толком не зашли в дом, — запинаясь, пробормотала дама.

— А сколько здесь спален? — поинтересовалась я.

— Три. — Она бросила на меня странный взгляд.

— Отлично. — Я прошла вперед, не отрывая глаз от стеклянной стены. — Дом нам нужен на месяц. Я сегодня же внесу депозит, чтобы мы могли въехать прямо сейчас, остальные деньги вам переведут завтра. С вами свяжется один пожилой джентльмен по имени Чарльз Стенли. Он позаботится о формальностях.

С трудом оторвав глаза от океана, я повернулась к Эвану и риелторше, которые смотрели на меня так, будто я только что прочла им стихотворение на гаэльском языке.

— Что такое? — Я перевела взгляд с одного удивленного лица на другое.

— Прекрасно, — отрывисто сказала дама, взяв мою кредитку. — Сегодня же подготовлю вам на подпись все документы, после того как поговорю с этим… как его… Чарльзом Стенли. Буду на связи.

— Чарльз Стенли? — переспросил все еще слегка ошарашенный Эван. — И ты даже не узнала цену, не осмотрела дом! Эмма, что все это значит?

— Мне понравился вид, — ответила я, пристегивая ремень безопасности.

— Эмма, — строго сказал я, и ухмылка сразу сползла с ее лица. Она неохотно повернула ко мне голову. — Что ты скрываешь?

Эмма долго молчала, теребя руки, потом нервно сглотнула и призналась:

— У меня есть трастовый фонд. — (Я удивленно заморгал.) — Весьма внушительный фонд, — продолжила она, голос ее звучал спокойно. — Папа учредил его, когда я родилась, а незадолго до моего восемнадцатилетия Чарльз сообщил мне о существовании фонда. Чарльз помогает решать мои финансовые проблемы: оплачивает учебу, машину и все такое.

И только закончив рассказ, Эмма подняла на меня глаза в ожидании моей реакции.

— Ну ладно. — Я все еще не мог переварить полученную информацию. — Похоже, у нас есть дом.

Я не знал, что еще сказать. Возможно, потому, что был в шоке от ее признания, а возможно, потому, что по большому счету мне было наплевать. Деньги реально не волновали Эмму, а иначе я давно заметил бы это. Наверняка Эмма разозлилась на тетку из агентства за хамское поведение, вот и решила утереть ей нос. Причем размер дома не имел особого значения. Это было ясно как божий день. Единственное, что действительно заинтересовало Эмму, когда она принимала решение, — вид на океан.