Однако я не стала отворачиваться, чтобы скрыть смятение. Я разрешила ему читать по моему лицу, как по открытой книге.

— Не знаю, что делать, — подложив руки под щеку, произнесла я. — Ужасно хочется их видеть. Но, боюсь, от этого всем будет только хуже. Надо все хорошенько обдумать.

— Ладно, — только и проронил он, хотя ему явно было что сказать.

— Так ты советуешь согласиться, да? — бросила я пробный шар. — Наверняка ведь считаешь, что следует встретиться с Лейлой и Джеком. Что если я проигнорирую бабушкину просьбу, то сделаю только хуже.

— Значит, ты и сама все отлично понимаешь, — рассмеялся Эван. — Одно из двух: или ты навострилась читать мои мысли, или уже успела решить, что делать дальше.

— Ладно-ладно, можешь не продолжать, — остановила я Эвана. — Но я на самом деле устала постоянно рыдать.

— Понимаю, — ухмыльнулся Эван. — Но если вдруг понадобится жилетка, чтобы поплакаться, я всегда к твоим услугам.

— Спасибо, — ответила я. — А если ты вдруг захочешь поплакаться…

Эван громко расхохотался. И действительно, вот уж нелепая идея!

— Ну и что? Ты никогда не плачешь, да? — накинулась на него я.

— А ты хоть раз видела меня в слезах? — расплылся Эван.

— Однажды видела, — машинально ответила я.

Улыбка на его лице сразу потухла, на нас нахлынули воспоминания о той ночи. Ночи под звездами на лугу. Ночи откровений. Ночи, когда я ему отдалась.

Я задержала дыхание, утонув в его бездонных глазах.

— Да, однажды. — Я пристально посмотрел на Эмму, а когда перевел взгляд на ее пухлые губы, у меня вдруг громко забилось сердце.

В распахнутых глазах Эммы я увидел тень сомнения.

Я хотел наклониться к ней, но она неожиданно спросила:

— Можно попросить тебя об одолжении?

— Не вопрос.

— Ты не поможешь мне выбрать доску для серфинга и гидрокостюм?

— С превеликим удовольствием, — улыбнулся я во весь рот.

И мы принялись беседовать о серфинге. Мы все говорили и говорили, пока у нее не отяжелели веки и она наконец не уснула. Я погасил свет и уже собрался было слезть с постели, но Эмма молча повернулась во сне, положила мою руку себе на живот и уже не отпустила. Прижав Эмму к себе, я осторожно пристроился сзади и провалился в сон.

Я поежилась и потянулась за одеялом, но одеяла не было. Открыла глаза и удивленно заморгала. Услышала рядом ровное дыхание, почувствовала за спиной отяжелевшее со сна тело Эвана, а в своей руке — его теплую руку. Осторожно высвободившись, я вылезла из кровати, чтобы сходить в туалет и попить воды. По стеночке направилась туда, где, по моим соображениям, должна была быть ванная, толкнула дверь и нащупала выключатель.

Пока я умывалась, до меня вдруг дошло, что кровать достаточно большая и я вполне могу устроиться на второй половине.

За сегодняшний вечер он уже дважды порывался меня поцеловать, и я была готова ему это позволить. Но в последнюю минуту испугалась, вспомнила о стоявшей между нами застарелой обиде и сделала вид, будто ничего не происходит. Однако нас так сильно тянуло друг к другу, что в минуты душевной близости прошлая обида сама собой незаметно отходила на второй план.

Но, Эмма, почему, почему он в твоей постели? Я посмотрела на себя в зеркало, вздохнула, налила стакан воды и открыла дверь.

Услышав шум, Эван неожиданно сел на кровати:

— Эмма?

— Эван, ты в порядке? — Если честно, то меня страшно напугала его застывшая поза.

— Эм? — смутился он.

— Я здесь, — сказала я, остановившись в дверном проеме.

Ему явно приснился кошмар. Как странно было наблюдать за всем этим со стороны: паника, тяжелое дыхание, непонятное смятение… Но вот Эван наконец понял, на каком он свете, и мгновенно расслабился.

— Прости, — прошептал он, и я замерла с рукой на выключателе.

— Все в порядке. Может, включишь настольную лампу, чтобы я смогла погасить свет в ванной?

Я щелкнула выключателем и вернулась в постель. Эван лег на спину, закрыв глаза рукой. Я продолжала внимательно за ним наблюдать. Его грудь судорожно вздымалась и опадала.

— Что это было? — спросила я, хотя сама никогда не отвечала на подобные вопросы.

— Ты, — прошептал он.

У меня это вырвалось совершенно случайно, я дорого отдал бы, чтобы взять свои слова обратно. Я бросил взгляд в ее сторону. Она стояла, словно каменная. Что ж, похоже, пришло время объясниться.