— Ладно. Дерзай. — Она стерла со щек дорожки от слез и с тяжелым вздохом подняла на меня глаза.

— Нейт с ребятами приедут через две недели. Итак, в твоем распоряжении две недели, чтобы заставить меня возненавидеть тебя. Но тебе придется со мной разговаривать. Отвечать на мои вопросы. Причем на все. А я со своей стороны попробую простить тебя.

— На все без исключения? — осторожно уточнила я, а когда представила, что́ именно он может спросить, у меня екнуло сердце.

— Да, — подтвердил Эван. — И ты будешь говорить правду, и ничего, кроме правды. В конце концов я или тебя возненавижу, или закрою тему, ради чего, честно говоря, и приехал.

Интересно, он шутит или говорит серьезно? На его лице играла вызывающая улыбка, что меня жутко бесило.

— Почему это тебя так волнует? — спросила я.

— Эмма? — внезапно услышала я и мгновенно очнулась.

Я неотрывно смотрела Эвану в глаза, ожидая сама не знаю чего… хоть чего-то. Коул своим появлением словно снял с меня заклятие, нарушив этот странный зрительный контакт.

— Все в порядке? — подозрительно оглядев нас, поинтересовался Коул.

— Да, — ответил за нас обоих Эван. Он встал и отряхнул с джинсов песок. Я натянуто улыбнулась. Затем Эван повернулся ко мне: — Итак… значит, до завтра?

Я прекрасно понимала, что это его способ узнать, приняла ли я его предложение. Сама себе удивляясь, я небрежно бросила:

— Значит, до завтра.

Я смотрела ему вслед до тех пор, пока его не загородил от меня Коул, присевший рядом со мной.

— Ты уверена, что у тебя все нормально? — Коул осторожно взял меня за руку, отчего я непроизвольно напряглась.

Уйти оказалось сложнее, чем я думал. На душе кошки скребли. Противно, что пришлось оставить ее с Коулом. Хотя она все же согласилась сказать мне правду. И я наконец смогу выяснить, что же все-таки произошло. Почему она выбрала Джонатана. Почему ему она могла доверять, а мне нет. Я подавил в себе вспышку ярости при мысли о Джонатане. Лучше бы он не попадался на ее пути!

Я снова был готов сделать шаг в неизвестность. Но с Эммой и не могло быть иначе. Возможно, правда окажется более горькой, чем я думаю. Но я знал, что правда эта изменит все.

Итак, я поднялся по лестнице, открыл стеклянную дверь и остановился как вкопанный. В комнате было полно девушек.

— А где Эмма? — спросила сидевшая в кресле Сара.

Обнаружив, что на меня направлены несколько пар глаз, я даже попятился от неожиданности.

— Привет, я Серена, — представилась девушка с белым как мел лицом и подведенными черным карандашом глазами.

Она соскочила с табурета, протянула мне худую руку, утонувшую в моей широкой ладони, и широко улыбнулась.

— Приятно познакомиться. — Я понятия не имел, кто она такая.

— Это девочки, с которыми Эмма снимает дом, — объяснила Сара.

— О… — растерянно пробормотал я. Не знаю почему, но я считал, что Эмма живет одна.

— А я Мэг. — На диване сидела девушка с кудрявыми темно-рыжими волосами и настороженными зелеными глазами. В отличие от Серены, она явно была не в восторге от встречи со мной.

Рядом стояла миниатюрная блондиночка.

— А это Пейтон, — доверительно шепнула Серена. — И ты ей не слишком-то нравишься.

Ее прямолинейность сразила меня наповал, я так и остался стоять с разинутым ртом.

— Заткнись, Серена! — цыкнула на нее Пейтон. Она, естественно, все слышала.

— Ну ладно, я, пожалуй, пойду. — Я чувствовал себя крайне неловко под прицелом их глаз.

— Я тебя подвезу, — поспешила предложить Серена. — Пейтон, давай сюда ключи от машины.

Пейтон выкатила на нее глаза, но ключи дала.

— До скорого, Сара.

При мысли, что придется остаться наедине с Сереной, мне стало не по себе. Я взял вещи и проследовал за девушкой в черном к двери.

— Значит, ты присутствовал на похоронах, — заметила Серена, залезая в припаркованный возле дома красный «мустанг».

У нее был радостный, дружелюбный голос, который не слишком вязался с образом девочки-гота.