И все же это не объясняло телефонный звонок.

После дневного сна девочки обожали бегать по полям. Сидя на западном крыльце, Дженни присматривала за ними, а ее пальцы тем временем вывязывали ряды из шерстяной пряжи или делали лоскутные квадратики для одеяла. На чердаке Руни откопала материал: остатки ткани, из которой давным-давно сшили платья, мешок с обрезками, рулон темно-синего хлопка.

— Когда Джон занял заднюю спальню, то купил эту синюю ткань, чтобы я сшила шторы для нее. Я предупреждала, что они выйдут слишком темными. Он не хотел признаться в этом, но месяца через два заставил их снять. А потом я сшила те шторы, которые сейчас там висят.

Почему-то Дженни не могла заставить себя сидеть на качелях Каролины. Она предпочитала плетеное кресло с высокой спинкой и удобными подушками. И все же когда-то на этом крыльце сидела Каролина, шила и смотрела, как в этих полях играет ее сын.

Дженни больше не испытывала недостатка в общении. Теперь она отказывалась от приглашений Эриха поужинать в одном из местных ресторанов.

— Пока не могу, Эрих. Меня даже от запаха еды воротит.

Когда Эрих ездил куда-то по делам, то начал брать детей с собой. Вернувшись, они болтали о людях, с которыми познакомились, о местах, куда заезжали в гости и где их угощали печеньем с молоком.

Теперь Эрих всегда ночевал в задней спальне.

— Дженни, так проще. Если я не слишком близко к тебе, то могу удержаться, но лежать рядом ночь за ночью и не прикасаться к тебе я не могу. Кроме того, ты беспокойно спишь. Наверное, одной тебе будет спаться лучше.

Она должна была благодарить его, но не могла. Постоянно снились кошмары; снова и снова это ощущение - прикосновение к коже, лицо в темноте, длинные волосы, скользящие по ее щеке. Об этом Дженни не осмеливалась рассказать мужу. Наверняка он решит, что она сошла с ума.

За день до отъезда в Сан-Франциско он предложил Дженни пойти в конюшню вместе с ним. Уже два дня не было утренней тошноты.

— Присматривай за девочками, когда они катаются верхом. Что-то Джо совсем перестал мне нравиться.

Стремительный всплеск беспокойства.

— Почему?

— До меня дошли слухи, что каждый вечер они с дядюшкой устраивают попойки. В данный момент Джош Бразерс очень дурно влияет на Джо. Короче, если тебе покажется, что у него похмелье, я не желаю, чтобы девочки были рядом с ним. Возможно, придется избавиться от него.

В конюшне оказался Марк. Его обычно спокойный тон был повышенным и ледяным:

— Ты разве не знаешь, как опасно оставлять крысиный яд в пяти футах от запасов овса? А что, если яд попадет в фураж? Лошади свихнутся. Джо, что с тобой творится в последнее время, черт возьми? Вот что я тебе скажу, случись такое еще раз, я посоветую Эриху тебя уволить. Дети же каждый день на пони катаются. С конем Эриха и так трудно справиться даже такому опытному наезднику, как он. Да учуй Барон стрихнин в кормежке, он же любого затопчет, кто к нему подойдет.

Эрих выпустил руку Дженни.

— В чем дело?

Джо, с покрасневшим лицом, чуть не плача, признался:

— Я собирался положить яд в ловушки. Когда пошел дождь, втащил сюда коробку и забыл про нее.

— Ты уволен, — ровно произнес Эрих.

Джо взглянул на Дженни. Было ли в его глазах что-то многозначительное или он просто умолял? Трудно сказать.

Шагнув вперед, она взяла мужа за руку:

— Эрих, пожалуйста. Джо замечательно ладит с девочками. Он так терпеливо учит их кататься верхом. Они станут ужасно скучать по нему.

Эрих вгляделся в ее лицо.

— Если это так много значит для тебя, то ладно, — отрезал он и снова повернулся к Джо: — Любая ошибка, Джо, любая– открытая дверь в стойло, пес, бегающий по моей земле, что-нибудь эдакое... — Он кинул презрительный взгляд на коробку с крысиным ядом. — И все. Дошло?

— Да, сэр, — прошептал Джо. — Спасибо, сэр. Спасибо, миссис Крюгер.

— И чтобы уж точно миссис Крюгер, — отрезал Эрих. — Дженни, я не хочу, чтобы до моего возвращения девочки катались верхом. Это ясно?

— Да, — согласилась она.

Джо как будто нездоровилось. На лбу красовался синяк.

Марк ушел из конюшни вместе с ними.

— Эрих, в коровнике для молочного скота - новорожденный теленок. Вот почему я приехал. Приглядывай за Джо. Вчера ночью он опять влез в драку.

— Да за каким чертом он дерется? — раздраженно спросил Эрих.

Лицо Марка стало замкнутым.

— Дайте человеку, не привыкшему к выпивке, парочку «ершей», и особых поводов не потребуется.

— Пойдем к нам обедать, — предложил Эрих. — Мы давненько с тобой не виделись.