– А вот чего тут все так, ну, по богатому?
– Трень-Брень полетела к щиту, висящему на стене, изукрашенному искусной чеканкой и какими-то каменьями, осмотрела его и поцокала языком - Вы же вроде рыцари, а им все такое и не нужно?

– Ну да - Гунтер немного смутился - Магистр Лео тоже так говорил, да и брат Юр был против, но прелат ордена настоял на подобной отделке холла. Он сказал, что все посетители замка ордена должны видеть, что за нами стоит не только наша вера и наши мечи, но и богатство. Он убедил в этом совет, а магистр не стал с ним спорить, рассудив, что конфронтация руководства ордена - это не лучшее из того, что может быть.

– А брат Юр?
– уточнил я. Магистра я не знаю, а вот казначея ордена изучил неплохо. Чтобы он пошел на такие траты...

– Брат Юр промолчал - сказал Гунтер - Вот только потом он, одного за другим, повесил трех подрядчиков, которые осуществляли отделочные работы, доказав хищения... Как же он тогда сказал... Вспомнил. Хищения орденской собственности в особо крупных размерах.

– Узнаю брата Юра - ухмыльнулся я.

– Ну да - Гунтер тоже заулыбался - Кстати, поговаривали, что последний из повешенных был двоюродный брат прелата де Треби. Слухи, но дыма без огня не бывает. По крайней мере, с тех пор никто не видел, чтобы брат Юр и прелат сказали друг другу хоть слово.

Холл кончился, перейдя в лестницу с мраморными ступенями.

– Вот оно как - я призадумался. Стало быть, в совете уже есть один человек гипотетически настроенный по отношению ко мне недружелюбно. Этот самый прелат наверняка знает, кто выписывал приказ о помощи мне, а значит, в его глазах я автоматически попадаю в число друзей брата Юра, и, следовательно, в число его, прелата, личных врагов. Ой, блин, и это рыцарский орден, вроде как он должен быть оплотом благородства и чести, а по факту в нем свары прямо как в правительстве страны при пилке бюджета ...

– А мне тут нравится!
– Трень-Брень порхала над нашими головами, я ей немного завидовал - она-то летит, а я вот топаю по лестнице, длинной и крутой. Не навернуться бы с нее, костей, поди, не соберешь потом.

– Вы не видели замка раньше - с печалью сказал фон Рихтер, который, судя по всему тоже этой помпезности не одобрял - Все было строго и торжественно, это создавало такую атмосферу, ну понимаете...

– Да понятно все, старина - сказал я рыцарю - Чего не понять.

Лестница закончилась, и мы оказались у двустворчатых дверей, сделанных из мореного дуба. Около них стояли два рыцаря в доспехах, начищенных до зеркального блеска.

– Совет собрался?
– осведомился у одного из них фон Рихтер - Великий магистр здесь?

– Так точно - ответил страж - Все ожидают вас, младший магистр фон Рихтер и гостей ордена, приказано пропустить вас незамедлительно, как только вы прибудете.

– Благодарю вас, фон Свальд - чопорно ответил рыцарю Гунтер и взялся за ручки дверей - Друзья мои, прошу вас.

– Одну секунду, младший магистр - остановил его второй страж - Вы забыли об одной формальности - ваши друзья и гости ордена должны сдать свое оружие, прежде чем войдут в Зал Приемов.

– Дер Трауб, что вы говорите?
– Гунтер побледнел - Вы сейчас, надеюсь невольно, оскорбили не просто нашего гостя и моего друга, вы оскорбили тана Западной Марки.

– Фон Рихтер, таковы наши законы и вы лучше меня знаете, что привело к их принятию - невозмутимо пробасил страж - Нам всем не нужно повторения летних событий, помните, сколько голов полетело после той заварушки?

Гунтер насупился и встал напротив дер Трауба, сверля его своими глазами.

– Стоп - я подошел к нахохлившемуся рыцарю - Я не в претензии, Гунтер. Рыцари делают свое дело, они здесь для этого поставлены.

Интересно, а они мне его вернут потом? Это дело-то такое, непроверенное. А, у меня же в сумке лежит какой-то шняжный меч, который мне всучил вождь на острове Черных Богов. Я все его хотел на аукцион кинуть, да так до него и не дошел. А надо бы, у меня там с давних времен лоты валяются, причем, судя по тому, что денежка мне не падала, они так и не продались. Надо их вендору сбросить, что ли?

Я снял меч, кинул в его в сумку, а вместо него отдал стражнику совершенно бесполезный клинок, который даже за пару золотых не продашь.

– Юная леди?
– дер Трауб взглянул на Трень-Брень.

Та только развела руками и пролепетала -

– Да у меня и нету ничего. Вот, только леденец.

И феечка достала из кармашка своего платья леденец, завернутый в полосатую бумажку. Видать, Кролина угостила, она вроде такие же употребляла вчера.

– Дер Трауб, это ребенок - возмутился Гунтер - Имейте вы совесть, в конце концов.

Не знаю, что именно взыграло в суровом страже - совесть, или он просто поверил в то, что Трень-Брень безвредна, но он махнул фон Рихтеру рукой, показывая, что тот может войти в Зал Приемов. Суровая тут стража, однако. Интересно, а что здесь такое произошло не так давно, я помню, что на Севере фон Рихтер что-то такое упоминал, но деталей не рассказывал.