— Привет.

— Где ты?

— У Кейджа.

— Так и знала. Слушай, мне нужна няня на вечер. У меня свидание. Ларисса просит тебя. Если ты посидишь с ней, то можешь остаться на ночь. Все равно меня, скорее всего, не будет дома до утра.

— У меня работа, Тауни.

— Черт. Отлично. Если я должна платить няне, то даже не возвращайся на этой неделе.

— Я не планировала этого.

— Что, наконец замутила с Кейджем? Прямо как наша мама.

— Нет Тауни, это ТЫ как наша мама. Я все еще девственница, а у тебя ребенок, и ты не замужем. Включи логику, сестра.

— Пофиг. Пока.

Звонок завершился. Я почувствовала тяжесть в животе от мысли, что Лариссу оставят на всю ночь с какой-нибудь нянькой. Не было разговора о том, кого наймет Тауни. Я набрала ее номер опять.

— Что?

— После работы я заеду и останусь с ней ночевать. Не нанимай няню на всю ночь.

Наступила короткая пауза.

— Ладно, отлично. Какое время мне сказать няне?

— Я работаю двойную смену, но я попрошу кого-нибудь поменяться, так что я смогу уйти к 11. Так что скажи ей 11:30. Возможно, мне придется идти пешком.

— Отлично.

Она прервала разговор снова.

Если бы дело не касалось моей племянницы, я сомневаюсь, что вообще разговаривала бы со своей сестрой. Между нами не было любви, и я не знала почему. Когда мы были маленькими, я очень старалась завоевать ее одобрение, но ничем не могла ей угодить. Это было так, словно мое рождение разрушило ее жизнь. Будто надо мной шутили. Моя мать вела себя так же. Мое рождение не было праздником ни для кого из моей семьи. Некоторые дни я воображала, как сяду в автобус и оставлю этот город позади. Воспоминания не были хорошими. По крайней мере, большинство из них. Я могла сложить свою жизнь в один чемодан. Просто начать все сначала где-нибудь в другом месте было заманчивей. В конце концов, Кейдж бы увидел пользу моего отъезда. Он был бы свободен от нужды защищать меня. Я могла бы завести новых друзей. Может быть, найти достойную работу и закончить образование.

— Глубокие мысли? — голос Маркуса напугал меня, и я перевела свой взгляд от цементного пола, чтобы посмотреть в сонные зеленые глаза.

— Эй, ты что здесь делаешь так рано?

Он пожал плечами и поставил корзину с бельем на пол около него.

— Ну, я думал, что постираю некоторую одежду, прежде чем приготовлю завтрак. Но, по-видимому, все машины уже используются, — его тон был поддразнивающим.

— Упс. Извини насчет этого. Я не думала, что кому-нибудь они понадобятся так рано.

— Я тоже так думал.

Я выпустила маленький смешок и поиграла своими большими пальцами, пока мои руки нервно сжимались в кулаки на колене. Он знал, что я убежала как ревнивая идиотка прошлой ночью?

— Итак, ты ушла от меня прошлой ночью, — его тон не изменился.

Я засунула волосы, действуя, как будто между нами была стена, за ухо.

— Эм, да. Извини. Я была уставшей, и мне нужно было подышать.

Он не ответил в ответ, и я молилась, что мое дыхание было нормальным, потому что мое сердце делало странную маленькую порхающую вещь.

— Я бы забрал тебя домой, если бы знал, что ты хотела уехать.

Потому что он был одним из хороших мальчиков.

— Ты веселился. Твои друзья, очевидно, скучают по тебе. Я не хотела портить твою ночь. Кейджу было по пути, поэтому все получилось хорошо.

Небольшое неодобрение тронуло его губы, и я отвела свои глаза обратно на цементный пол, на который я пялилась до того, как он зашел.

— Я наслаждался твоей компанией в том числе. Я ждал, чтобы отвести тебя домой.

Ладно, теперь мое сердце перестало трепетать и бешено заколотилось.

Маркус Харди только что намекнул, что он был расстроен из-за того, что не смог отвезти меня домой?

— Оу, — ответила я. Что еще я могла сказать по этому поводу?

Первая машинка остановилась, и я подскочила, занимая себя перекладыванием партии одежды в сушилку.

— Машинка свободна, — сказала я, улыбаясь ему.

Он встал и, не дожидаясь того, чтобы я отодвинулась, прижал меня к машинке и поставил корзину с бельем на машинку возле него. Я подняла свои глаза, чтобы сказать “извини”, но жаркий взгляд его зеленых глаз остановил меня. Маленький вздох вырвался из моего рта.

— Мне кажется, я не прояснил ситуацию, Лоу, — он понизил свой голос, и то это у меня побежали мурашки по телу. — Мне был интересен только один человек в том клубе прошлой ночью. Я пришел увидеть только одного человека, — он заправил прядь волос мне за ухо и мягко ласкал мочку моего уха, мягко переходя к линии челюсти. — Я был там из-за тебя.

Хриплый шепот его голоса не давал мне глубоко вдохнуть. Вместо этого, я делала маленькие прерывистые вдохи.

— Ох, — прошептала я.

Он усмехнулся и наклонял свою голову до тех пор, пока его губы не застыли около моих.