В джипе устроились так — Барсуков на заднем сиденье, Светлана на переднем, потому как хотела все видеть. Саманта старательно пристегнула ее ремнем безопасности.

— Ох, давно я не видела дедушку с бабушкой, — со вздохом сказала Светлана. — Да и маму тоже.

— Через пару часов увидишь всех, — сказала Саманта, включая двигатель. — По городу немного поколесим, а там выберемся на шоссе — что нам сто километров?

— Все у вас тут нормально? — спросил Барсуков.

— Все отлично, Борис Евгеньевич. Отдыхаем. А еда такая, что… Да я вам уже говорила по телефону. Честно говоря, мне тут очень понравилось. Спасибо, что послали, как будто в отпуске побывала.

— Валя как?

— Поначалу была грустной, но когда узнала, что вы прилетаете со Светланкой, обрадовалась.

Джип, набирая скорость, мчался к улицам Краснодара.

Саманта сдержала свое обещание, через два часа джип остановился у ворот дома в Левобережной, она посигналила, ворота тотчас же открылись, и джип въехал во двор. А там их уже ждали, все стояли возле кухни — Валентина и родители. Светлана освободилась от ремня безопасности, помчалась к матери. Валентина подхватила дочку на руки, расцеловала ее. Барсуков поцеловал тестя с тещей, подошел к жене. Хотел поцеловать ее в губы, но Валентина отвернулась, поцелуй пришелся в щеку.

— Валь, я приехал к тебе. Мы со Светкой жутко соскучились, честное слово.

— Хорошо, Боря, — нейтрально ответила Валентина.

— Борис, так ты это… давай в кухню, стол уже накрыт, будем отмечать твой приезд. Первый раз ты у нас тут, — сказал Илья Петрович.

— Да, конечно. Саманта, отнеси в кухню багаж и — свободна, — сказал Барсуков.

— Боря, а кто у нас тут мужчина? — спросила Светлана.

— Разумеется, я, Света.

— Ну тогда сам отнеси тяжелые вещи в кухню, и Саманта не свободна, а будет вместе с нами.

Барсуков тяжело вздохнул, развел руками:

— Как прикажешь, моя госпожа.

И принялся доставать из машины чемодан и коробку с музыкальным центром. Глядя на это, Валентина пожалела, что отвела свои губы. Такой муж ей очень нравился. А Саманта не удержалась, чмокнула девочку в щеку.

— Ты просто умница, Света!

Барсуков занес коробку с музыкальным центром в кухню, потом чемодан. Немного растерялся, глядя на стол. Там стояли миски с салатом из помидоров, с кружками домашней колбасы, с тонко порезанной солониной. Запотевшая бутылка водки и кувшин с малиновым напитком. Ну и, разумеется, тарелки, вилки, рюмки, бокалы.

— Значит, так, — сказал он. — Вот это музыкальный центр. Вам в подарок, Илья Петрович и Ирина Васильевна. С караоке. Можете петь свои любимые песни, а тут еще и лазерные диски Пугачевой, Ротару, Бабкиной… В общем, слушайте. — Он достал из кармана пиджака черную замшевую коробочку, протянул ее Светлане.

— Это подарок нашей маме. Светка, ты его выбирала, ты и вручай.

Светлана взяла коробочку, протянула матери:

— Это тебе, мам.

Валентина взяла ее, открыла и ахнула. Перстень из белого золота с огромным изумрудом, похожим на ее глаза! Родители затаив дыхание смотрели на дочь. Она надела перстень на безымянный палец, вытянула руку, любуясь подарком. А потом обняла мужа, поцеловала его в губы.

— Боря…

— Да я что? Это Светка выбирала, — скромно сказал Барсуков. — Ей понравился именно этот перстень. Верно, Света?

— Верно, Боря.

— Я уже есть хочу, чувствую, все тут невероятно вкусно… Но последняя формальность. Пожалуйста, все, кроме Ильи Петровича и Ирины Васильевны, выйдите из кухни на пару минут. Прошу вас.

Когда все вышли, а родители с недоумением смотрели на дорогого гостя, Барсуков достал из внутреннего кармана пиджака пачку стодолларовых купюр.

— Дорогие Ирина Васильевна и Илья Петрович, я очень люблю вашу дочь. Здесь десять тысяч долларов, возьмите, пожалуйста, прошу вас. Я хочу, чтобы вы жили хорошо и ни в чем себе не отказывали.

— Нет, — решительно сказал Илья Петрович. — Борис…

— Если не возьмете, я сяду в машину и уеду немедленно. Как это понимать? Тесть с тещей меня не любят? Они, пенсионеры, не хотят принять мою скромную помощь? Для меня это не деньги. Я столько за несколько часов зарабатываю. Почему вы обижаете меня?

— Но, Борис, это большие деньги…

— Для вас, но не для меня. Пожалуйста, я прошу вас. Валя для меня практически все. И я хочу, чтобы ее родители ни в чем себе не отказывали. Пожалуйста…

— Ладно, — со вздохом сказала Ирина Васильевна. Взяла деньги, сунула их в карман фартука. — Что с тобой сделаешь, раз такой настырный у меня зятек? Давайте к столу.

Барсуков поцеловал ее в щеку и обрадованно крикнул:

— Все к столу!

Через два часа он блаженно откинулся на спинку стула.