– Тебе нужна защита?
– спросил Тристан. Джулия взглянула на него через плечо.

– Нет. Ради Бога, оставайся на месте.
– Расслабив мышцы лица, Джулия вернулась к клиенту.
– Чем могу помочь?

Джулия была в растерянности. Тристан смел осколки телефона, развалился на стуле и сцепил руки в замок на затылке. Он до сих пор не знал, что же ему делать с этой женщиной. Сегодня на рассвете она быстро встала после хорошего ночного отдыха. Он прекрасно знал, что она выспалась, так как Тристан всю ночь не мог сомкнуть глаза и только слушал ее глубокое дыхание. Несколько раз, пока они собирались в магазин, Джулия пыталась заговорить с ним о погоде, потом о его доме, но он не отвечал. Он все еще мучался от неопределенности.

Он будто стоял над пропастью, в один миг готовый забыть про самоконтроль и насладиться ею, и в другой - стремясь доказать, что для нежных эмоций он остается непроницаемым. Две нужды боролись в нем, наталкивались друг на друга. И в каком бы направлении Тристан не шагнул, он в любом случае будет хотеть другого.

Как бы Зирра обрадовалась, если бы знала, в какой растерянности он сейчас находится. В нем еще никогда не боролись такие противоречия, и еще никогда женщина так ему не сопротивлялась. И где же все его навыки соблазнения, против которых ни одна женщина не могла устоять? Он думал, что понимает женщин и самого себя, и вот сейчас он размышляет о том, что оказался не готов бороться с Джулией и ее надеждами завоевать тщедушного Питера.

Собственнический инстинкт захлестнул его со всей силы ударной волны. Я хочу наслаждаться ею, в конце концов признал он, так сильно сжав кулаки, что еще чуть-чуть, и сломались бы кости. Ответ был таким простым и ясным, будто он уже давно знал - даже принимал, - что именно так и должно быть.

Тристан хотел эту женщину, хотел обнять и держать ее вечность. Странно, но он не испытывал ужаса, только умиротворение. Именно он будет тем мужчиной, который пробудит страсть Джулии, который покажет, насколько приятными могут быть телесные удовольствия. И он будет единственным, кто насладится ее ответной реакцией.

Точно не тщедушный Питер.

Этот идиот недостаточно хорош для нее. Тристан знал это. И вскоре это узнает и Джулия.

Но как ему завоевать эту упрямую и совершенно лишенную логики женщину?

Может, единственное, что нужно, - быть более убедительным, быть ее опорой, подумал он, расслабляясь на деревянном стуле. На его губах появилась улыбка, и он закрыл глаза. Он из собственного опыта узнал, что Джулия более благосклонно воспринимает видимые меры. М-м-м... как ему показать чувственные методы воздействия?

У него зачесались руки от предвкушения, и тысячи возможностей пронеслись в голове. Во имя Эллии, он испробует их все.

Джулия пыталась сосредоточить свое внимание на покупателе. Она действительно пыталась. Но она все время возвращалась мыслями к Тристану, к его упругим мышцам и гладкой коже. С расслабленным лицом и полуулыбкой на губах он выглядел таким по-мальчишески безмятежным, почти невинным. И совсем не мастером соблазнения, каким она его знала.

Любая женщина может увлечься его страстью и наслаждаться нахождением в его руках. Он знал, где поцеловать, лизнуть; где дотронуться - нежно и настойчиво, - чтобы доставить максимальное наслаждение. Она постаралась спрятать свои стоящие соски за полкой с восточными статуэтками. Противостоять ему становилось все сложнее. Но она должна устоять перед его очарованием.

Сейчас Питер был номером один. Та распутная сторона, которую она обнаружила в себе только недавно, которая все чаще требовала освобождения, требовала, чтобы она наконец сдалась Тристану, должна быть проигнорирована. Что у нее может быть с ним, помимо мгновений страсти? Целая жизнь без стабильности, вот что.

– О, прекрасно!
– произнес женский голос, вмешиваясь в мысли Джулии. Миссис Данбери одной рукой держала девочку, а другой - трубку из стержня кукурузного початка.

– Я рада, что вам нравится, - сказала Джулия.
– Когда я ее увидела, то подумала о вас.

– О нет, дорогая. Не трубка - мужчина.
– Миссис Данбери кивнула в сторону Тристана.
– Прекрасный образец. Он заслуживает высшего балла. Совсем не как мой Вестон. Нет, Вестон больше похож на тофу*. Дешевое подобие. Конечно, и трубка мне нравится - прелесть.
– Малышка дернула женщину за руку.
– Стой со мной, Соня, и ничего не трогай. Соня - моя внучка, - сказала она Джулии.
– Этот ангел - свет моей жизни.

* Тофу - пищевой продукт из соевых бобов, богатый белком. Обладает нейтральным вкусом (то есть собственный вкус почти отсутствует).

– Я вижу почему, - ответила Джулия.
– Она красавица.

– Благодарю.
– Миссис Данбери наконец обратила внимание на трубку.
– Она должна быть в моей коллекции. Но ты ведь знаешь это, да?

Джулия улыбнулась и посмотрела вниз на маленькую девочку, которая стеснялась и стояла за бабушкой.
– Можно Соню угостить конфеткой?

– О да, конечно, - растерянно ответила женщина.

Присев на корточки, Джулия сказала мягким голосом:

– Привет. Мне нравится твое платье. Оно очень милое.