– Ну, дела! – Рожнов взъерошил себе волосы. – Теперь мне понятно, почему Ретранслятор вышел из строя!

– Какой Ретранслятор? – удивился Яншин.

– Я же говорил, да просто вы упустили из виду, что мы втроём влезали на пятисотметровую отметку Останкинской Башни, чтобы отключить вышедший из строя Ретранслятор. Этот агрегат никогда не выходил из строя! Никогда! Просто кому-то было необходимо, чтобы на территории России снова вспыхнула война! Третья Мировая! Или уже Четвёртая?..

– Война? О чём вы говорите! – нахмурился доктор.

– О войне, – жёстко отрезал капитан. – Кому-то, как вы говорите, «чужим», до сих пор необходимо создать очередной всемирный хаос и под шумок забраться в Аркаим, отыскать вход в Шамбалу, а там недалеко и до тронного зала над всеми царствами и народами. Теперь ясно?

– Теперь ясно, – кивнул Дмитрий Викторович. – И ясно почему в вас стреляли. Только непонятно, почему промазали. И ещё нет ответа, почему целью выбрали вас, а не Ксению? Хотя она всё-таки поймала пулю.

– Ничего в этом мире просто так не случается, – произнёс тихо Родион. – Сакраментальная истина.

– Вот именно! – доктор вдруг сбился и закашлялся.

– Что с вами? – заволновался Рожнов. – Я могу чем-нибудь помочь?

Дмитрий Викторович откашлялся, потом вышел в смежную комнатку, и капитан услышал, как тот открыл воду в умывальнике. Умывшись, доктор вернулся в кабинет и присел на валик кресла, утираясь вафельным полотенцем.

– Знаете, не хотел вам сразу говорить, да видно придётся, – доктор сделал паузу, положил полотенце на письменный стол и взглянул Родиону в глаза. Потом посмотрел на часы, встал и принялся бесцельно вышагивать по кабинету.

Вероятно, на ходу ему лучше думалось, или это его просто успокаивало.

– Да, уж лучше заранее вам сказать, – пробормотал доктор. – Я, признаться, ожидаю своего коллегу – нейрохирурга. При сложных операциях спешка не нужна, если этого не требуют обстоятельства. Так вот. Я обнаружил у Ксении септический эндокардит.

Недоумение, проскочившее на лице капитана, вызвало покровительственную усмешку доктора. Но он сдержался и счёл всё же возможным пояснить «тёмному» пожарнику структуру медицинских таинств и дать доходчивое описание прилагающееся к диагнозу.

– Септический эндокардит – начал переводить на более понятный язык доктор, – это такой своеобразный захват клапанов сердца, при которых гранулемы летят в мозг. Я понятно изъясняюсь?

– Не совсем.

– Значит так, – терпеливо продолжил объяснять доктор. – При ранении возник, скорее всего, мышечный захват клапанов сердца, и они практически не работают. Поэтому кровеносные гранулемы летят по артериям в мозг, то есть происходит своеобразный штурм, агрессивная атака, при которой может не произойти ничего, а может возникнуть менингит, может поразить человека инсульт, и даже… Ну, об этом лучше не говорить. Судя по нынешнему состоянию девушки, у неё операция пройдёт нормально, без всяких там побочных эффектов и осложнений. Тем более, что кровь у Ксении должна уже очиститься, а это необходимо было сделать перед операцией. Теперь ясно?

Рожнов растерянно кивнул, потом снова потёр пальцами виски и посмотрел на Яншина:

– Выходит, у Ксюхи состояние более, чем критическое?

– Ну-ка перестаньте накручивать себя! – прикрикнул Дмитрий Викторович. – Вот поэтому до операции я никогда не говорю родственникам о состоянии больного. Не заставляйте меня пожалеть об этом.

– Извините, – стушевался Родион. – Просто я вдруг в одно мгновение понял, что именно её я искал всю свою сознательную жизнь. Именно её, доктор! Неужели зря искал! Именно её!

Крик Рожнова повис в воздухе.

– Я вас прекрасно понимаю и сочувствую, – произнёс доктор. – Хорошо, если это чувство у вас настоящее. Ведь сейчас вы себя ругаете, мол, где были мои глаза! бес попутал! знал бы – не женился, Танечку не брал! и всё такое прочее. Ведь так? Пустое. Выкиньте всё из головы. Вернее, не думайте о плохом. Постарайтесь не думать. Оставляю вас наедине с компьютером. Лучше пораскладывайте пасьянс или сыграйте с ним в шахматы. А после этого мы обсудим вашу поездку в Аркаим.

– Это ещё зачем?

– Затем, – начал проявлять нетерпение доктор, – что Ксения пробудет у нас не менее десяти дней. За это время вы успеете разыскать её отца, разузнать, зачем он туда отправился, и передать ему наш разговор. Если уже найден вход в иные миры, то незачем об этом голосить на весь мир. А если ещё не известен, то искать, я думаю, не стоит. Но об этом несколько позже поговорим. Мой коллега, скорее всего, уже пришёл. До скорого…

С этими словами Яншин покинул ординаторскую, оставив Рожнова наедине со своими мыслями, сомнениями и соображениями. Капитан, равнодушно глянув на компьютер, принялся ходить по кабинету размеренным строевым шагом, потому как необходимо всё-таки было привести себя в порядок.