Чуть склонив голову, я посмотрел на вампира поверх плеча Эмми. Метр девяносто ростом, широкий в плечах, с развитой мускулатурой и сильными руками плюс безграничный запас вампирской мощи – если эта дикая смесь банальной физической силы и сверхъестественного могущества потеряет над собой контроль, нам мало не покажется.

– Желаю вам приятно провести время, - мило улыбнулся я.

Глава 12 . Я объявляю вам войну

– Как-то смешно все получилось, - Дима высказал вслух то, о чем я сам думал.

Мы сидели на голой земле под защитой могучих ветвей дуба, прислонясь спинами к его шершавому стволу: Дима и я по бокам, сжимая револьверы в руках, посередине Ксюша.

– Смешно?! – громко возмутилась девушка. – Мне так было совсем не до смеха.

– Я не то хотел сказать. Просто эти малыши такие уморительные.

– Угу, - кивнул я. – И еще жутко знакомые.

Не сговариваясь, мы одновременно покосились на дом, в котором до утра будут резвиться маленькие квартиранты. Дима точно подметил: ситуация казалась нелепой до смешного. Нас охотников со стажем да еще с поддержкой в лице двух вампиров (между прочим, многие не без основательно считают их практически непобедимыми) побила банда лилипутов. К тому же уступающая нам численностью. Так мы и сидели, понуро повесив головы, – трое неудачников изгнанных из дома какой-то шелупонью.

Горизонт окрасился в алый. Похоже, Эмми с Андреем не успеют вернуться до рассвета. Значит, им придется где-то найти укрытие от солнца и ждать их назад надо не раньше вечера.

Ксюша задремала, склонив голову Диме на плечо. Кровь подсохла и образовала защитную корочку на её ранах. А моя коленка все равно продолжала зудеть. Надеюсь, слюна неизвестных существ не содержит смертельного яда, как например у варанов.

Первые лучи солнца скользнули по стенам особняка, смывая с него ночные невзгоды. Дом преобразился, он как будто расправил плечи. Утро постепенно стерло с фасада плохие воспоминания и мысли, вернув ему первозданную чистоту. Ужасный, полный мрачных тайн дом снова превратился в милый особнячок позапрошлого века. Антиквариат, да и только.

– Думаю, уже можно войти, - произнес я, поднимаясь с земли. Признаться, мне порядком надоело сидеть под деревом, как кому-то бродяге. Уж лучше вернуться в тот дырявый сарай, где мы жили до этого, чем каждую ночь проводить вот так. Тем более что осень обещали дождливую.

Уставшие, с красными от бессонной ночи глазами мы осторожно ступили на порог особняка. Как воры мы крались в собственное жилище, держа наготове оружие. Но жизнь в старом доме снова вошла в привычное русло.

Ксюша, облегченно вздохнув, повалилась на диван в гостиной и свернулась калачиком, поджав ноги.

– Спать хочу, сил нет, - призналась девушка.

– Иди наверх, выспись, как следует. Кто знает, что готовит нам следующая ночь, - предложил я.

– Ни за что. Даже не надейтесь, что я отойду от вас хоть на шаг.

Ксения прикрыла глаза, но продолжила наблюдать нами из-под опушенных ресниц.

Дима подошел к печке, встал напротив и самым внимательным образом принялся изучать безделушки, стоящие на полках.

– Ничего не понимаю, - копируя мильтяшных колобков, заявил брат. – Может, дело в самой печке?

С этими словами брат присел на корточки и открыл железную дверцу, что прикрывала камеру для дров. Некоторое время он пристально всматривался в черное горнило.

Пару минут я наблюдал за действиями брата, хотя было ясно как день, что он ничего не добьется. Внезапно в голове всплыло воспоминание. Оно встала перед глазами, как вполне осязаемая картинка. Кажется, я впервые понял, что такое фотографическая память. Перед мысленным взором застыло лицо Антона. Вот он провожает нас в особняк. Не могу припомнить, что он говорил, но выражение его глаз… Что это было? Тревога, беспокойство за наши жизни, сопереживание охотника, который не понаслышке знает, как порой бывает опасна наша работа? Чувствовалось – это все не то.

Сведя брови к переносице, я силился понять и озарение пришло. Стыд! Антону было стыдно смотреть нам в глаза. Словно он знал, что видит нас в последний раз и испытывал неловкость. Как если бы в этом была и его вина.

– Мне надо в поселок, - бросил я на ходу, подхватив ключи от машины с тумбочки.

– Постой, - сзади раздался окрик Димы. – Ты что же оставишь нас здесь? Одних?!

– Не маленькие, разберетесь, - я повернул ручку входной двери. – К тому же днем вам ничего не угрожает.

Мотор завелся, стоило повернуть ключ зажигания. Он утробно заурчал, как дикий зверь на нарушителя границ его владений, и я еле сдержал, чтобы не составить ему компанию. Переполняющая меня злость требовала выхода. Руки сжимали руль, так что костяшки пальцев побелели.

«Это подстава!» – как рыба в сети билась в голове одна единственная мысль. С самого начала все это одна сплошная подстава! Антон был в курсе того, что творится в доме. Он не просто подозревал, будто там что-то неладно. О нет, он отлично понимал происходящее. И ничего не сказал. Не единого, черт возьми, слова.