– Я думала, ты здесь из-за меня, - собственный голос показался мне слабым и лишенным уверенности. Всегда знала: Андрей может быть крайне опасным, но никогда до этого не встречалась с разгневанным братом лицом к лицу.

На секунду глаза вампира вспыхнули черным, и я заглянула в бескрайние глубины тьмы. Эти глаза точно обсидиан были лишь темным стеклом, за которым пряталась пустота: ни души, ни жизни.

Почуяв мой страх, Андрей отступил. Пальцы разжались и перила, наконец, обрели свободу. Я посмотрела на покореженный металл, автоматически отметив, что на его месте могла быть моя рука. Переведя взгляд на вампира, заметила, что он, похоже, справился с гневом. Теперь он был снова спокоен и собран, а главное безучастен. Глаза, как асфальт после жаркого дня, остыли и вернули свой обычный цвет.

– Я оставлю вас, - чеканя слова, произнес Андрей. – Но прежде хочу тебе кое-что сказать. В конце концов, раз уж меня не будет рядом, то ты должна быть в курсе грозящей опасности, - на тонких губах мелькнула едва заметная мстительная улыбка. – Грэгори идет по твоему следу, и он уже близко. Не за горами тот день, когда он и Дитрих настигнут вас. Я, видишь ли, хотел помочь, но раз уж Влад настаивает, что мне надо уйти, то кто я такой, чтобы спорить?

– Подожди, - слова довались мне с трудом. В горле вмиг пересохло, и язык внезапно стал непослушным, как если бы во рту поселились чужеродное и враждебное существо. – Грэгори знает, где мы?

– Надеюсь, что пока нет, но тот час, когда он это выяснит, вот-вот наступит.

– Но как?!

– Так ли уж важно, как именно он сумел тебя найти?

Я поняла, что нет. Если тебя ждет неминуемая смерть, какая, в сущности, разница с какой стороны она придет?

– А теперь позволь мне откланяться, - Андрей, спрятав одну руку за спиной, манерно поклонился, словно кавалер приглашающий даму на танец. – Приятно оставаться.

Одарив меня на прощание обаятельной улыбкой вампира-искусителя, названный брат лихо перемахнул через перила балкона. Посмотрев вниз, я увидела, как изумленные посетители кафе задирают головы, чтобы взглянуть, откуда на землю свалился парень в темно-сером костюме. Не обращая внимания на поднявшийся вокруг переполох, Андрей встал с колен, поправил пиджак и походкой делового человека, опаздывающего на важную встречу, зашагал прочь.

Мне оставалось только проводить его взглядом. Скоро фигура вампира скрылась за поворотом, и я окончательно осознала, что осталась наедине со своими проблемами. Первым охватившим меня чувством было отчаянье. От ужаса я забыла о необходимости поддерживать организм в рабочем состоянии. Грудная клетка замерла, кровь застыла в венах. Если бы меня кто-нибудь увидел в ту минуту, посчитал бы, что я мертва.

Но также внезапно, как пришел, страх схлынул, уступив место гневу. Влад знал о том, что происходит и не посчитал нужным поставить меня в известность. Более того он лично попросил меня поговорить с Андреем и убедить его уехать. Отказать от единственного союзника, который хоть что-то мог противопоставить Грэгори! Каким же дураком надо быть, чтобы пойти на такое!

Ноги сами понесли меня в комнату. В голове как бабочка в паутине билась одна только мысль: зачем? Неужели Владу настолько надоело жить, что он решил добровольно уйти из этого мира, прибегнув к помощи Грэгори? А «первый» будет только рад оказаться подобную услугу. Уж в его щедрости я никогда не сомневалась.

Распахнув незапертую дверь, я застала охотника за окончанием сборов. Влад как раз застегивал сумку. Он обернулся, намериваясь что-то сказать, но заметив выражение моего лица, передумал. Охотник мгновенно погрустнел и, отставив сумку в сторону, присел на край кровати, скрестил руки на груди, выставив их перед собой как охранительный вал.

– Ты сошел с ума? – я задала мучающий меня вопрос, так как всерьез подозревала, что нормальный человек не в состоянии так глупо подставиться.

– Пока вроде нет. С другой стороны сумасшедшие никогда не признают свою болезнь.

– Не смешно. Андрей мне все рассказал. Я в курсе, что Грэгори где-то поблизости.

– Так и знал, что вампиры не умеют держать язык за зубами.

– Я бы попросила не обобщать.

– Прости, ты – исключение. Но все же это мелочно, вот так мстить.

– По-твоему это игра такая? – злость уступила место обиде. До чего несправедливо, что он мне не доверяет.

– Нет, все предельно серьезно. Просто я не хотел тебя волновать. Теперь ты будешь вздрагивать от каждого шороха и в любой тени видеть Грэгори.

– Вот спасибо! А так я бы умерла в блаженном неведении.

– Послушай, - Влад поднялся с кровати. – Присутствие Андрея все равно бы ничего не изменило. С Грэгори ему не справиться.

– Но у нас был бы шанс!

– Да нет у нас никого шанса и никогда не было! – фатализм, с которым охотник выкрикнул эту фразу, мигом потушил всю мою ярость. Он как вода залил пожар бушующий внутри меня.

– Если ты так думаешь, тогда зачем все это? – прошептала я, пятясь к двери, не желая смотреть в его бесконечно печальные глаза.

– Просто я не могу иначе, - это прозвучало так естественно, словно нет ничего проще, чем умереть ради нескольких мгновений счастья.

– А как же остальные? – что-то холодное коснулось моей щеки. Понадобилось время, чтобы осознать – это мои собственные слезы. Так уж вышло, что вампиры плачут кровью. Это единственная жидкость, имеющаяся в наших телах. Поэтому мы так редко даем волю эмоциям. Кровь слишком ценна, чтобы так бездарно её тратить.