Но еще перед тем, как она заговорила, генерал Гэтт приказал сигнальщику задать вопрос:

– Прежде всего, инопланетянин, ответь, откуда ты знаешь наш язык?

– Да мы уже давным-давно в контакте с вашей расой. Мы те, кто частенько появляется у вас на, как вы их называете, «летающих блюдцах». Когда мы впервые прилетели к вам, получилось так, что из-за одной идиотской канцелярской ошибки мы долгое время считали, что Морзе – это ваш универсальный язык. Но к тому времени, когда мы разобрались, что к чему, азбука Морзе уже давно преподавалась в наших языковых школах.

– А, ну это все объясняет, – сказал Гэтт, – однако какое же невероятное нужно было стечение обстоятельств, чтобы ваши люди изучили наш язык как свой.

– Полностью с вами согласен, – ответил инопланетянин.

– В таком случае языковая проблема для нас отсутствует, – сказал Гэтт. – Но как мы можем обращаться к вам? Ведь не «инопланетянин» же? Как вас называть?

– На вашем языке мой народ зовется Магелланиками. И это также наша общая фамилия и также название нашей планеты. Что же касается моего собственного имени, то меня зовут Хартеварт.

– Хартеварт Магелланик – вполне произносимо, – заметил Гэтт. – Я полагаю, что у вас есть какое-то объяснение, почему вы так зоветесь, то есть я имел в виду то, что в нашем языке есть похожее слово.

– А мы и заимствовали это слово именно из вашего языка. Нам как-то больше понравилось его звучание, нежели прежнее название нашей планеты – Хзуйутс-Криль.

– А! Да, это имеет смысл. Итак, планета, на которой мы сейчас находимся, – ваша родина? Или она где-то на другой планете?

– О да, моя родина не здесь, – ответил Хартеварт. – Эта планета населена только разумными мотыльками. До моего дома отсюда очень далеко.

– А тогда что вам здесь надо? Что вы здесь разнюхиваете?

– Генерал, я послан сюда в качестве наблюдателя от нашего подпольного комитета. Я следил за маршрутом вашего флагмана.

– Откуда вы узнали, что мы прибудем именно сюда?

– А мы и не знали. Просто мы разослали наших наблюдателей на разные планеты на тот случай, если хотя бы на одну из них хоть кто-нибудь прилетит. Видите ли, мой народ, магелланики, находится в ужасном положении.

Гэтт повернулся к Варгасу и тихо заметил:

– Ну, знаете, мало того, что мы впервые в истории человечества вступили в контакт с инопланетянами, так эти инопланетяне тут же полезли к нам со своими проблемами.

– Не думаю, чтобы подобную ситуацию можно было предвидеть, – так же тихо ответил Варгас.

– Хорошо, – принял решение Гэтт, – мы выслушаем его инопланетные проблемы, но в более комфортабельных условиях. В этой пещере слишком сыро и вряд ли можно раздобыть чего-нибудь подкрепляющего.

Он повернулся к инопланетянину и спросил:

– Как насчет того, чтобы продолжить разговор на борту моего корабля? Позволю себе предложить вам кислород для дыхания, большой выбор жидкостей для питья, ну и все такое в этом роде.

– Я всю жизнь мечтал попробовать ваши восхитительные опьяняющие напитки! – ответил Хартеварт. – Так что указывайте путь, я следую за вами, шеф!

– Хорошее начало для разговора, – заметил Гэтт Варгасу по пути на корабль.

Хартеварт комфортабельно расположился в большом кресле и, периодически отхлебывая из большого бокала ирландского виски, который он держал в одной руке, и откусывая от толстого сандвича в другой, начал свой рассказ:

– Долгое время мы, магелланики, были абсолютно свободны. Но теперь наша планета покорена жестоким врагом, чьи обычаи мы не можем принять.

– Это в смысле, что кто-то захватил вашу планету? – спросил Гэтт. – Так расскажите, как это случилось.

Хартеварт вскочил, принял позу оратора и заговорил нараспев:

– Были они волглые и болотоглазые, уродливые, дурно пахнущие гримы из другой звездной системы, предательски напавшие на нас. Они спустились с неба на своих паукообразных кораблях и прошлись по нашей земле, оставляя за собой лишь кровавые руины. Мало им было того, что они грабили, убивали нас и мародерствовали, но они еще и решили унизить нас, заставив поклоняться гигантскому лопуху.

– Какое кощунство! – сказал Варгас.

– О да! Как предмет культа это просто недопустимо! Мы бы предпочли, чтобы нас завоевали земляне! – горячо сказал Хартеварт и издал губами странный чмокающий звук.

Гэтт повернулся к Варгасу:

– Что это было?

– Звучит как смачный поцелуй, – ответил Варгас.

– Что бы это ни было, но звучит довольно противно, хотя и доказывает добрые намерения, – проворчал Гэтт и спросил Хартеварта: – Так вы что, хотите, чтобы мы завоевали вашу планету, э?