– Желаете ли вы услышать от меня еще какие-либо объяснения? – спросил Драмокл. – Нет? Надеюсь, вас всех удобно устроили. Если что-то не так, прошу не мешкая обращаться ко мне. Чувствуйте себя как дома. До скорого свидания.

Драмокл поклонился и вышел в переднюю.

После его ухода в зале целую минуту было тихо. Потом Адальберт сказал:

– Он говорил искренне, это отрицать невозможно.

– В точности как старый король Отто, – заявил Джон. – Оба они способны сманить сладкими речами птичку с ветки. И нередко это делают, когда хотят полакомиться дичинкой.

– Граф Джон! – сказал Руфус. – Ваша неприязнь к брату общеизвестна. Это ваше личное дело. Но, со своей стороны, прошу избавить меня от ваших язвительных намеков. Драмокл мой друг, и я не желаю слушать, как над ним измываются.

Руфус вышел из залы. Чуть поколебавшись, за ним поспешил Адальберт.

– Ну, Снинт, – сказал Джон, – и что вы об этом думаете?

– Я, как и вы, дорогой мой граф Джон, думаю, что мы попали в щекотливую ситуацию.

– Но что же нам делать?

– В данный момент практически нечего, – сказал Снинт. – По-моему, нам надо подождать.

– Я подумываю о том, чтобы сесть на корабль и вернуться на Карминосол.

– Это невозможно. Сегодня утром все наши корабли забрали в королевские ремонтные мастерские для модернизации и отделки. Подарок хозяина.

– Проклятье! – вскричал Джон. – Своим подарком он зарезал нас без ножа! Снинт, мы должны держаться вместе.

– Конечно. Но что толку? Мы бессильны, пока Руфус не на нашей стороне.

– Хальдемара бы сюда с его ванирскими варварами!

– Хальдемару хватило ума остаться дома. У варваров есть свои преимущества: им не нужно из вежливости совать голову в петлю. Но нам с вами теперь ничего не остается, как только ждать. Пойдемте, дорогой мой Джон, прогуляемся вдоль речки!

Они вышли через парадную дверь.

Драмокл, сидевший в прихожей, услыхал за спиной какой-то шорох. Он отвернулся от смотрового «глазка» и обнаружил перед собою компьютер.

– Сколько раз я тебе говорил – не подкрадывайся ко мне тайком! – сказал Драмокл.

– У меня для вас срочное послание, сир, – промолвил компьютер, протягивая конверт. На нем почерком Драмокла было написано: «Судьба. Вторая фаза».

Драмокл взял конверт.

– Скажи мне, компьютер, откуда ты его взял? – спросил король. – Почему доставил именно сейчас? И сколько их у тебя в запасе?

– Не пытайтесь проникнуть в замыслы небес, – сказал компьютер.

– Ты не дашь мне ответа?

– Не могу дать, скажем так. Радуйтесь, что получили весточку.

– За каждой загадкой скрывается еще одна, – проворчал Драмокл.

– Конечно. Такова суть и природы, и искусства, – заметил компьютер.

Драмокл прочел записку и замотал головой, словно от боли, издав нечто похожее на стон.

– Видно, круто вас взяли в оборот.

– Круто, ты прав. Но бедняге Снинту еще покруче будет.

Планета Лекк была в три раза меньше Глорма, но обладала большей плотностью, так что сила тяжести там составляла 1,4 глормийской. Поэтому ноги у вас болели на Лекке постоянно – оставалось утешаться лишь тем, что расстояния здесь были гораздо короче. Только восьмая часть Лекка приходилась на сушу. Большие материки на планете отсутствовали, да и островов более или менее приличного размера было раз-два и обчелся. Остальная часть суши представляла собой мелкие островки, беспорядочно разбросанные в океане. Коренных леккиан, гуманоидного народа, насчитывалось едва ли двадцать миллионов. Численность их не увеличивалась, возможно, из-за обычая бросать на произвол судьбы всех младенцев, рожденных без шестого пальца. Они были низкорослой смуглой расой человеческого типа, выращивали помидоры с огурцами и проводили политические митинги во всех городских ратушах планеты, пытаясь решить, какая политическая система подходит им больше всего. Поскольку к согласию им прийти не удавалось, на планете, как правило, царила анархия. Снинт был избранным королем Лекка, наделенным полномочиями общаться с чужестранцами, но лишенным права заключать с ними договоры, пока их не утвердит большинство избирателей.

Жили леккиане по преимуществу в деревнях, хотя были у них и небольшие университетские городки. Постоянной армии на планете не существовало, ибо жители никак не могли придумать, как защититься от нее самим. Они частенько бывали грубы с гостями из иных миров, но агрессивности не проявляли.

Драмокл закрыл отчет. Он сидел в Военной палате. Подле него стоял Рукс, сберрианский генерал-наемник, командующий главными ударными силами Драмокла.

– Сейчас самое благоприятное время для вторжения, – холодно констатировал Рукс. – Орбитальное расположение Глорма относительно прочих планет позволяет нам выбрать для звездолетов наиболее выгодные траектории. Такого стратегического преимущества у нас не было уже лет тридцать, если не больше.

– Лет тридцать? Хотел бы я знать…

– Сир?

– Ничего, Рукс, просто мысли вслух. – Драмокл взглянул на скомканный конверт, зажатый у него в ладони. Внутри, на листке пожелтевшей бумаги, его собственной рукой были начертаны слова: «А теперь захвати Лекк!»

– Значит, время мы выбрали правильно, – сказал Драмокл. – Если для подобных вещей бывает правильное время.

– Интеллигентские сопли-вопли, – проворчал Рукс. – Короли, как последние дураки, отдают вам свои планеты на блюдечке. Если вы их не возьмете, сами будете таким же дураком. Это ж звездный час для начала Драмоклианской династии! Да будь сейчас жив ваш отец…