— Ты бы прилег, братишка. Скоро сутки уже, как на ногах. Передохни.

Покорно улегшись, Влад закрыл глаза и замер, словно уснул. Только сидевший в каюте Стас знал, что он не спит и что сейчас в голове отчаянного бойца стремительно проносятся самые разные мысли. Стас отлично понимал его состояние. Став инвалидом, он точно так же пытался понять, как жить дальше и что с ним теперь будет. Возможность начать жизнь заново на новом месте оказалась для него спасением. И вот теперь тот, кто подарил ему такую возможность, сам оказался в беде.

Именно поэтому Стас и решил остаться рядом с ним. Они не бывали в одной команде, но тянули одну лямку. Откинувшись на переборку, Стас тяжело вздохнул, готовясь к долгому бдению. Вдруг Влад открыл глаза и, не поворачиваясь к приятелю, тихо сказал:

— Караул мне не нужен, и охрана тоже. Так что иди отдыхать, братишка.

— А я не охраняю. Я сказать хотел, — так же тихо ответил инвалид. — Отпусти их. Отпусти, если любишь. Они тебя там дождутся. За краем. Им теперь хорошо.

— Ты как наш капеллан в училище. Знаешь ведь, нет там ничего, за тем краем. Сам не раз туда заглядывал, — срывающимся голосом ответил Влад.

— Есть. Потому и прошу. Отпусти, — упрямо покачал головой Стас.

— Я не держу. Просто забыть их уже не смогу. Она такая счастливая улетала… — голос разведчика сорвался. — Сказала, и в империю слетаю, и сына тебе рожу, — продолжил он, справившись с собой. — А теперь ни ее, ни Боба — никого. Снова один.

— Ты не один, братишка. Нас на той планете аж десять, — быстро ответил Стас.

— На планете? Нет, братишка. На планете мне теперь делать нечего, — ответил Влад, медленно усаживаясь.

— Давай еще выпьем, старина, — предложил Стас, доставая оставленную ему фляжку.

— Наливай, — кивнул Влад, украдкой утирая щеку.

Эта странная пьянка длилась почти двое суток. За это время в их каюту два раза в день кто-нибудь из ветеранов заносил пищу и бесшумно исчезал. На третий день в каюту вошел Егоров и, присев на койку, мрачно покосился на стаканы, стоявшие на столике. Понимая, что нарушили устав, «драконы» переглянулись, и Стас, собрав тару, ловким броском отправил ее в утилизатор. Грустно усмехнувшись, Егоров посмотрел на Влада и осторожно спросил:

— Информацию воспринимать способен?

— Говори, — кивнул Влад, волевым усилием заставляя себя сосредоточиться.

— Рашид сказал, что эти комиссионщики собираются на тебя в суд подать. В наш. Имперский. Собираются потребовать твоего ареста и заключения под стражу.

— Плевать. Что еще? — угрюмо ответил разведчик.

— Предварительный анализ найденного металла показал, что его обрабатывали в вакууме.

— И что? Я-то здесь при чем? — не понял Влад.

— Кудасов приказал напрячь вас. Говорит, что ваша команда лучше всех знает, где такие работы проводиться могут.

— Чушь собачья. Мы не ученые, а глубинная разведка. Спросил бы, где какая живность водится, мы бы ответили. А обработка металла — это не к нам, — ответил Влад, заметно растерявшись.

— Конторские аналитики считают, что место обработки нужно искать там же, где обитают иные, — пояснил Егоров.

— Что за иные? — спросил Стас, моментально насторожившись.

— Было столкновение в один из выходов, — скривился Влад. — Теперь из-за этого из меня решили главного специалиста по ним сделать. Лучше пиратов потрясите. Они должны точно знать, где эти звери обитают.

— «Нюхачи» уже начали, — кивнул Егоров. — Сам понимаешь, из них слова лишнего не вытянешь, но кое-какая информация уже есть. С учетом того, что мы выжали из их навигационного компьютера, можно сказать, что место их обитания уже установили.

— Ну, а мы-то здесь при чем? — снова спросил Влад, не понимая сути этого разговора. — Это дело империи, а не кучки пенсионеров из инвалидной команды.

— Это еще не все. На пиратском навигаторе стоит странная пометка. Я такого еще не видел. Что-то вроде черной дыры, — ответил Егоров, почесывая в затылке.

— Еще веселее. Иные, напоминающие крокодилов, из черной дыры. Туши свет, сливай воду, — растерянно покачал головой Влад.

— Старший навигатор капера утверждает, что в этой системе приборы начинают то и дело глючить. Особенно наружные камеры. Какая-то странная аномалия, воздействующая на них.

— В пространстве? — удивленно уточнил Стас. — А я думал, их все давно уже изучили.