— А зачем? — растерянно спросил Альказ.

— Это очень полезные способности. Они помогут тебе лучше понимать свой экипаж и точнее управлять кораблем.

— Не знаю. Я не уверен, что хочу этого, — подумав, протянул ксеноброн. — Управлять кораблем я учился у лучших специалистов. К тому же реакции узлов управления зависят не от умения капитана общаться ментально, а от работы генераторов.

— А генераторами занимаемся мы, — закончил за него верховный дредноута. — Все верно. Но ты считаешься избранным, а значит, должен это уметь.

— Но зачем? — продолжал недоумевать ксеноброн.

— Дух линкора благоволит к тебе, но ты не понимаешь того, что он хочет сказать, — продолжал напирать верховный.

— Если я не глух, то дух машин всегда найдет способ объяснить мне свою волю, — решительно ответил Альказ.

— Не спеши отказываться. Придет время, и мы вернемся к этому разговору, — чуть усмехнувшись, ответил верховный дредноута.

Спустя двое стандартных суток после этого разговора линкор отстыковался от дредноута и медленно двинулся в сторону границы. Катера, которые должны были отправиться к аномалии, были закреплены в трюме корабля. Несмотря на полную загрузку реактора, ксеносы приняли решение выпускать их в пространство только на границе. Спустя еще неделю линкор лег в дрейф, и боеособи вывели смертников из загона. Лично спустившийся в трюм Альказ, задумчиво посмотрев на стоящих перед ним мягкотелых, негромко сказал:

— Ваша задача — пройти сквозь аномалию, снять как можно больше и вернуться. После этого вам позволят отправиться обратно в ваши системы.

— А если нет? — угрюмо спросил высокий чернокожий мужчина, являвшийся пилотом.

— Что, если нет? — уточнил Альказ.

— Если мы не вернемся?

— Тогда туда отправятся другие.

— Тогда с чего мы будем помогать вам?

— Я же сказал, чтобы вернуться обратно. Домой.

— Ложь. Вы не для того захватывали рабов, чтобы потом отпускать их, — покачал головой пилот. — Вы все равно убьете нас. Так зачем нам помогать вам?

Растерявшись от такого ответа, Альказ только мрачно скрипнул зубами и, едва сдержавшись, ответил:

— Хотя бы для того, чтобы избежать более страшной смерти. Поверьте, я могу сделать так, что вы будете умирать очень долго и очень страшно.

— Ладно. Что так, что эдак — все равно конец. Так уж лучше в драке, на борту корабля, — помолчав, протянул пилот, обращаясь к своему напарнику.

— Ну, корабль — это слишком громко сказано. Скорее, это будет ваш обычный катер, в конструкцию которого наши специалисты внесли кое-какие изменения, — с довольным видом усмехнулся Альказ.

— Какие именно? — быстро спросил пилот.

— Ничего такого, что могло бы помешать пилотированию. Скорее, это изменения в системе связи и фиксации.

— А что будет, если мы сможем вернуться? — осторожно спросил связист.

— После анализа и изучения полученных вами данных вы повторите полет. И так будет до тех пор, пока мы не поймем, что это за аномалия и чем она может угрожать нашей империи. Но даю слово, что между полетами вы будете получать все, что вам потребуется для нормальной жизни.

— Ну что, дружище, рискнем? — спросил у связиста пилот.

— Рискнем, — кивнул связист, обреченно махнув рукой.

— Отлично. Тогда поднимайтесь на борт. Начнем, — кивнул Альказ.

Пройдя мимо замерших, словно статуи, боеособей, рабы поднялись на борт катера, и Альказ приказал всем покинуть трюм. Автоматика уровняла давление, и катера медленно вышли в пространство. Наблюдая за ними на тактическом мониторе, Альказ напрягся так, словно пытался усилием воли ускорить движение катеров. Находившиеся в рубке ксеносы то и дело переглядывались и бросали на своего капитана настороженные взгляды.

Но Альказ ничего не замечал. Наконец, не выдержав напряжения, помощник капитана осторожно коснулся локтя ксеноброна и тихо, так, чтобы не слышали другие, сказал:

— Ксеноброн, мы не можем долго находиться здесь.

— Почему? — раздраженно спросил Альказ, резко поворачиваясь к нему.

— Разве вы не чувствуете? Даже боеособи встревожены и стараются держаться группами. Это опасно.

— Ерунда. До аномалии слишком далеко, — отмахнулся Альказ. — А экипажу скажите, что наша миссия слишком важна, чтобы так просто отказаться от нее из-за неприятных ощущений. Они воины империи, а не трусливые рабы в загонах.

Понимая, что он совершенно прав, помощник отошел в сторону и, неопределенно пожав плечами, сделал вид, что ничего не понимает. Офицеры в рубке быстро переглянулись, но спорить с легендарным капитаном никто не решился. Тем временем ведущий катер запустил двигатель и быстро начал уходить в сторону чуть мерцающего пятна. Нужные данные уже были вбиты в навигационный компьютер, поэтому пилоту оставалось только запустить маршевый двигатель и отслеживать курс, вовремя вводя нужные корректировки.