— Я точно не ходила в больницы с приведениями последнее время, — сказала я. — Эти были сделаны повсюду. Школа, мой дом, даже около озера. Объясни это теперь, профессор Сверхъестественность.

Кэш наклонился вперед и криво улыбнулся.

— Может, это не места притягивают приведений к себе. Может, это делаешь ты.

Может быть это я… Беспокойство и возбуждение закипели в моем животе. Я спрыгнула с кровати и выбежала в коридор.

— Подожди минутку. Я скоро вернусь.

Если это была я, тогда было бы больше пятен. Должно было быть. Я покопалась в мамином ящике и вытянула большой фотоальбом, на котором крупными, пурпурными буквами было написано «Эмма». Она всегда собирала все мои фотографии в этом альбоме, но перестала это делать, когда умер отец. Теперь большинство фотографий даже не были похожи на альбомные.

Я кинула альбом на кровать и разложила фото по порядку от четырех до шестилетней Эммы на блестящих кадрах. Кэш взял несколько фото и рассмеялся.

— Черт возьми! Я почти забыл, какими скучными мы были. — Он повертел одну фото передо мной. — Глянь, какие у тебя солнцезащитные очки на этой фотографии.

Я взяла картинку и посмотрела на нее. Скучные солнцезащитные очки, осмотрено. Никаких пятен. Я поместила ее обратно в альбом и достала несколько других фото. Все были сделаны перед смертью отца, пятен не было.

— Что ты делаешь? — спросил Кэш.

— Ищу… — Я взяла стопку более свежих фото и остановилась. Я нашла одну.

Ярко-белое пятно, зависло над моим плечом на фото, сделанном в прошлом году на вечеринке у соседей. Я передала его Кэшу и нашла еще одно. И еще. Я села, стараясь не запаниковать. Мурашки побежали по моей коже, пока я смотрела на все эти пятна, раскиданные по всей кровати. Что это было? Кто это был?

Что-то внутри подсказывало мне, что я должна была знать ответ.

— Они есть на половине фотографий, — прошептала я. — Но их нет ранних фото.

— Что?

— Пятна. — Я кинула еще пару фото ему на колени. — Посмотри на них.

Кэш посмотрел на фото на его коленях.

— Значит, ты думаешь это призраки? Думаешь, на тебя охотится полтергейст или что-то в этом роде?

Я позволила себе погрузиться в мысли, которые я удерживала взаперти последние два года. Словно кто-то хотел моей смерти. Словно кто-то другой хотел, чтобы я жила. Иногда все становилось холодным, словно под моей кожей был лед. А порой, настолько теплое и надежное чувство захлестывало меня, что было тяжело поверить, будто это правда. Это случалось, когда я чувствовала противоречие внутри себя, как сегодня в школе, когда казалось, что что-то пойдет не так. В те моменты, когда я почти верила, что была сумасшедшей. Это чувство, словно я была окружена невидимой битвой и постоянно попадала под перекрестный огонь.

И все это началось в день, когда погиб мой отец.

— Я не знаю, во что я верю, — сказала я. Эти слова выражали то, как я чувствовала себя, в то время когда они однажды заперли меня и продлили сеансы психотерапии. Я не была настолько глупа, чтобы повторять это снова и снова.

— Эй, — сказал Кэш, пододвигаясь ближе и облокачиваясь локтем на мое колено. — Это всего лишь камера, понятно? Твоя камера сломалась. Вот и все.

— Тогда объясни, что случилось с другими фото. С теми, которые сделала мама. И ведь пятен нет на ранних фото, сделанных перед смертью моего отца. Ни на одном.

— Ладно, это не камера. Но Эм… ты не можешь этого сделать. Не снова. Если ты начнешь говорить об этом опять, тебя снова увезут в Брукхейвен. Поэтому я прошу тебя, брось это. Пожалуйста.

Я была не в своем уме. Мне нужно было доказать это ему. Я прикусила губу.

— Или же я могу достать доску Уиджа [7] .

Я пристально посмотрела на него, когда он ничего не ответил.

— Эмма… — он зажал кончик своего носа.

— Что если меня преследует какой-нибудь дух? — Я опустилась на колени и с усилием оттащила руку от его лица, так что он мог видеть меня. — Если так, то он точно с нами заговорит, верно?

— Дух. Серьезно? — Кэш тряхнул головой. — Может нам стоит подождать, пока я не напьюсь для такого рода разговора.

Я почувствовала боль в горле, но мне нужно было выдавить эти слова.

— Может быть это папа?

Он взял мою руку и согнул ее между своими теплыми пальцами. Я могла почувствовать запах Ред Хотс в его дыхании и остаток красок на его руках. Единственным звуком были треск и свист стиральной машины на другом конце дома.

— Это не твой отец, — прошептал он.

Я сморгнула слезу.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что твой отец был хорошим человеком. — Кэш сжал мою руку. — Он был слишком хорош, чтобы не попасть в рай. Если Бог существует, а я знаю, ты веришь, что он есть, он бы не позволил твоему отцу бродить здесь вот так и совсем одному.

— Тогда, что если это что-то еще? Кто-то еще? — Мой голос дрогнул, как будто стекло, готовое разбиться вдребезги. — Что если это то, что пытается навредить мне последние два года?

— Это были несчастные случаи, — произнес Кэш мягко. — Когда ты вернулась домой из Брукхейвена, ты сказала, что понимаешь это.