Дальше мы шли куда-то по переходам, поднимались и опускались по гравитационным тоннелям. Каюта, в которую мы прибыли, на все возможные проценты оказалась не каютой Луары. В прочем, мне в тот момент было совершенно без разницы, где продолжить отдых, в каюте в любом случае не отыскалось бы большущих «котов», жаждущих тела моей временной хозяйки.

Каюта оказалась не меньше каюты Луары, но планировка выглядела совершенно иначе. Цветовая гамма и оформление тоже сильно разнились, больше уклоняясь в сторону уюта на мое человеческое восприятие. Скинув обувку и что-то сказав мне, Лиу упорхнула в соседнюю комнату. Неловко стащив непривычную для меня-человека обувь, я тоже прошел в каюту. Тело Лу попрежнему штормило. Первая же комната оказалась «спальней». Почему-то стоять сразу стало очень неуютно, да и во всем теле резко почувствовалась усталость, все сильнее отражавшаяся на координации движений. Состояние походило на результат действия спиртного с сюрпризом – это когда голова ясная, а ноги не ходят. Думаю, многие поняли, о чем я говорю. Под немалое облегчение, граничащее с зачатками детской радости, я свалился на мягкий матрас. Немного поегозившись, тело свернулось уютным клубочком, выбрав удобную позу. Я лежал, практически ни о чем не думая, и неосознанно теребил кончик хвоста. Как ни странно, хвост, как часть тела, я не воспринимал, но ощущения оказались весьма приятными.

Наверное, я так и уснул, потихоньку погрузившись в спокойствие и комфорт. Во сне мне грезилось, что кто-то гладит меня по спине, вызывая волну приятнейших ощущений. Я улыбался, ленясь выйти из объятий Морфея, обнимал чье-то тело и терся о него ухом. Кто-то мурчал и фыркал рядом в ответ. Чье-то упругое, но податливое тело играло с моим, то ускользая в самый неподходящий момент, то ловя мои огорченные неудачей руки. Я улыбался во сне, вытягиваясь в струнку, и катался, отмахиваясь от чего-то, по матрасу. Сон походил на юношеские горячие предвкушения чего-то недоступного в реале. Это ощущение мягко, но властно откинуло мои воспоминания в далекую юность, когда все мое существо вожделело первого доступа к заветному женскому телу. Желание становилось нестерпимым, я открыл глаза, попытавшись ухватиться за неуловимый хвост сна.

Мое временное тело пылало. Необъяснимой тревогой, ожиданием и каким-то трепетом было напитано все находящееся на грани погружения в пучину сознание Луары. Оно совершенно не контролировало тело, но тело жило какой-то своей жизнью, осуществляя давнюю заложенную в него программу. Эмоциональный фон моего телесного прибежища, казалось, вот-вот должен был шагнуть за грань безумия. Далеко не сразу я обратился к рецепторам. Тело действительно находилось в чьих-то умелых мягких «лапах». Через силу я повернул голову в сторону и сквозь помутневшее зеркало души Луары увидел близкие очертания единственного знакомого мне лица. Глаза Лиу лучились внутренним светом, который, казалось, проникал в самую запретную глубину души моей временной хозяйки. Я замер, осознав свои подозрения. Видимо, работа моей трезвой мысли немного сместила чувственную составляющую внутренней обстановки тела, и немного оглушенная Луара изволила выглянуть из своих грез.

– Уйди, – едва прошелестел ее разум, – уйди или не мешай. У меня сейчас просто нет сил прогнать тебя. Если хочешь, будь внутри меня, сплетись со мной, пари со мной, люби со мной, желай со мной, отдавайся моей страсти вместе со мной… Но не мешай мне!

Я промолчал, тут же отпустив вожжи чужого тела, попытавшись влиться в поток его чувств. Луара как-то неуверенно и робко брала контроль, постоянно куда-то уплывая и срываясь. Поток чужой неги легко и уверенно слизнул мое сознание, окутав и смешав его с силой чуждой мне природы. Мир чужих чувств мощно колыхался, бросая меня, как щепку. Я пропустил момент, когда эмоции сплелись в какую-то вязкую и тягучую, как свежий мед структуру. Совершенно неожиданно я застыл на одной из нот чужих чувств. Не знаю, что ощущала Луара. Я застрял на острие момента, когда зародившаяся на грани мурашек, щекотки и приятной истомы внутренняя волна уже готова сорваться, начав бурное шествие по телу, но почему-то задумалась. Совершенно не могу сказать, сколько я провисел пойманной мухой в этом щекочущем «нервы» янтаре. Волна все-таки сорвалась. Меня стремительно вырубило, как свет в туалете, что происходило дальше я совершенно не зпомнил.

Когда я «очнулся», сознание мое казалось звонким и чистым, как умытая весенним дождем трава. Хотелось петь и прыгать, как ребенку. Будь у меня тело, я бы сказал, что во рту чувствовался вкус клубники, ванили и сливок.

– Привет, – сказал я едва ощущавшемуся сознанию моей телесной хозяйки, – какое прекрасное утро.

– Ну давай еще поспим, – лениво пробурчала в ответ Луара, – еще уйма времени до смены.

– Как это уйма? – удивился я. – Мне кажется, что я проспал длиннющую ночь. Тело должно петь, а не спать!

– Да уймись ты, у меня всегда так после переплетения, – отмахнулась девушка. – Может, у других как-то иначе, не знаю. Давай поспим, а то потом к первому перерыву глаз не разомкнуть будет.

– Переплетения, – подумал я, пробуя слово на вкус.

Слово казалось каким-то не совсем правильным. В нем спрессовалось слишком много эмоций, каких-то скрытых предчувствий и даже смятения. Что-то в этом слове было не просто так. Я немного еще «покатал его на языке», и у меня родились предположения.

– Луара, вы с подружкой играли в девичьи игры? – спросил я осторожно.

– Можно и так назвать, – растеклась удовольствием Луара. – Я с сильной половиной еще и не пробовала. Ой! Отстань. Давай поспим…

– Интересно девки пляшут, – удивился я, – похоже, у вас какие-то табу на этот счет, как и у нас. Только девочки только с девочками, как-то тоже не в норме вещей?

– Отцепись, – смутилась Луара.

– Стой, стой, стой, – осенило меня. – Ты говорила, что у вас возможны плодотворные взаимоотношения всех четырех полов! Так ты занималась сексом!?

– Не совсем поняла, что ты там подумал, – замешкалась девушка с ответом, – но сильно похоже, что мы думали про одно и то же. Лиу давно хотела со мной покувыркаться, да все как-то не складывалось. И вообще, нашел тему для обсуждения. Я и с подругами-то это не обсуждаю! Брысь!

– Прости, пожалуйста, – подумал я. – Мне было очень необычно плыть в твоих чувствах во время действа. Я даже грешным делом подумал, что ты каких-то наркотиков перебрала. И вообще, я, можно сказать, в исследовательских целях интересуюсь. Интересно, а как это у вас технически происходит?