Наконец Заяц успокоился и присел у одного из краев схемы, что-то пристально там рассматривая. Несколько минут он сидел, шевеля губами, как будто что-то читая или проговаривая. Затем уверенно сказал какую-то короткую фразу и добавил уже знакомое мне слово, которым он активировал купол холода и маленькие смерчи.

Грунт пронзила резкая судорога, потом еще и еще раз. В разных местах послышался скрежет, который тут же прекратился, потом заскрежетало снова, и все стихло. Над плато в нескольких местах поднялись столбы пыли, разноцветная схема растаяла в воздухе, послышалась ругань Мартовского зайца, и вернулась связь с «Ботаником». Пока Мартовский заяц интенсивно ругал каких-то неизвестных мне персонажей, у меня появилось время переговорить с супругой.

– Эй, на галере! – позвал я. – Что там вокруг видно-то?

– На плато появилось три пыльных столба, похоже, что там образовались провалы, – ответила Светлана, – скорее всего, абориген обрушил своды каких-то пещер.

– Ты же видела схему, – удивился я, – скорее уж нашел огрехи фундамента или аварийные выходы с нижних этажей этого подземелья. Кстати, давай быть культурными, я назвал его Мартовский заяц, думаю, что для простоты лучше будет – Марзаяц.

– Пока Вы там исполняли какие-то народные танцы с бубнами, вокруг плато заметно повысился энергетический фон, и ругулярно пробивались всплески энергии, – пояснила Светлана, – ваши фигуры и те иногда расплывались, а схемы я вообще никакой не видела.

– Держи, – скинул я изображение, – может, найдешь что-то интересное. Не забудь мне сказать, я тут, вроде как на службе. Подрядился помогать до первого населенного пункта. Кстати, есть какие-то идеи на счет этой «страны чудес»? Мы же – люди цивилизованные и в волшебство верим, только если нас им припереть к стенке.

– У меня пока не хватает данных, – пожаловалась супруга, – нам тяжело вести наблюдение из-за помех. Ты лучше опиши, что Марзаяц там вытворял, а если есть, вышли картинку.

– Да, точно, – спохватился я, – болтать на службе особенно некогда, так что держи кусок записи, будет возможность, скинь мне новости. Марзаяц, кажется, обругал вселенную и пришел к какому-то согласию со своим эго, пора и мне проявить служебное рвение.

Мой работодатель тем временем ходил кругами вокруг запыленного участка плато, сильно напоминая кота. Похоже, там находился один из разломов или входов. Я решил удовлетворить и свое любопытство. Часть нанесенного грунта и спрессовавшейся пыли обрушились вниз, пролом же оказался классическим прямоугольником. Но если там и была дверь, то никакой лестницы или иного спуска вниз я не узрел. У меня создалось полное впечатление, что эта самая дверь просто заклинила в полуоткрытом состоянии, а грунт напрочь загородил проход. Осколки породы оказались довольно большими, к тому же, располагались практически вертикально, в общем, разбирать мне этот завал совершенно не хотелось.

– Давай будем чистить, – не совсем уверенно предложил Марзаяц, даже не помянув никаких ругательств, – нам надо вниз.

– Опасно, – высказал я свое мнение, – может провалиться и засыпать нас. Там недалеко есть еще какой-то провал.

– Откуда знаешь, трусливое создание? – удивленно спросил Марзаяц.

– Там пыль, – ответил я кратко из-за некоторых проблем с языком, – пыль, значит, упал грунт, дыра.

– Да, это верно, – согласился Марзаяц, – ты иди там погляди, а я вон в том пылевом облаке посмотрю.

Мой повал оказался не вертикальным, а наклонным. Часть грунта обвалилась, видимо, и организовав пологий спуск вниз. Проблемка возникла из-за того, что этот пролом располагался близко к небольшому песчаному бархану, и песок обильно засыпал застрявшие в узком месте обломки. И все же в обозреваемом мной проломе не было опасности свалиться вниз вместе с обломками грунта. Более тщательный осмотр проема выявил наличие обыденного тоннеля прямоугольной формы в сечении. Стены прохода оказались довольно хорошо обработаны, материал походил на природный камень. Я спрыгнул в образовавшийся пролом и побрел по песчаному покрывалу к завалу.

За завалом явно имелась пустота – песок несильно истекал куда-то вниз, оставляя в нескольких местах воронки. Вокруг летала мелкая белая пыль, но она мне не мешала – я просто закрыл головную часть брони, прятаться тут было не от кого. Выбрав место, где наблюдались сразу три песчаных воронки, я опустился на колени и начал отгребать песок в сторону. Занятие сразу показалось мне не очень благодарным, так как песок постепенно продолжал стекать к завалу. Все же, потратив с пяток минут, я докопался до закупоривших проход обломков. Еще потратив столько же на расшатывание самого удобного куска, я выдернул его из завала.

К моему удивлению это оказался не просто кусок породы, в довольно хорошо сохранившийся кусок какого-то панно из материала похожего на керамику. Я попытался аккуратно снять верхнюю часть соляных отложений, чтобы открыть полностью рисунок или узор, слегка проглядывающий под ними. К сожалению, отложения проявили упрямость. Устав ждать, я несильно стукнул фрагментом о стену тоннеля. Я ожидал, что обломок раскрошится или от него что-то отломится, но к моему удивлению ничего такого не произошло. Несколько более уверенных ударов помогли сколоть с обломка часть налёта. У меня в руках оказался фрагмент какой-то отделки, напоминающий барельеф. Материал внешне походил на керамику, а по прочности превосходил ее. Возможно, я держал в руках какой-то местный камень, похожий на гранит, только легче.