— И мы знали, что Доусон что-то скрывал от нас, — добавила Сэди. — Или кого-то.

Должно быть Бет.

— Итак, теперь мы знаем, что будут и другие Лаксены, такие как Деймон и Доусон, которые могут быть связаны с людьми таким же способом, что будет проблематично для нас.

Не похоже, что вы четверо — уникальные. Должно быть больше, и на сегодняшний день это является самым важным.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Сэди хихикнула. — Нам нужно успокоить бедных маленьких людей, заставить их думать, что их лидеры защитят их, но ты и я, ну, мы знаем, что этого на самом деле не произойдет, — улыбнулся он самой очаровательной улыбкой. — Но также нам нужно передать сообщение другим Лаксенам, которые, возможно, думают, что могут не поддерживать нас.

Мой пульс забился в горле, словно маленькая колибри, пытающаяся найти выход.

— И это то, чем мы и являемся? Сообщением.

— Умная девочка, — ответил он, лимузин резко свернул направо.

— Она хочет знать как, — вставила Сэди, а я бросила на нее угрюмый взгляд. Она погладила меня по щеке.

— Скажем ей?

Он пожал плечами.

— Видишь ли, будут Лаксены, которые будут смотреть телевизор, и даже через экран телевизора и все каналы, по которым нас будут транслировать, они поймут кто мы такие, — объяснила она.

— Мы подставим братьев, о чем ты и волновалась раньше. Мы выставим их Лаксенами.

Святое дерьмо.

— Это решит сразу две проблемы.

Ролланд снова наклонился вперед.

— Когда люди увидят, что Лаксены, без всякого сомнения, выглядят как они, и что люди работают с некоторыми из них, это вызовет панику.

И это облегчит им контроль над ними.

— Точно, — пробормотала Сэди, задевая мою нижнюю губу своим пальцем.

— И это так же станет ясным посланием для Лаксенов, что мы не потерпим любого, даже самого маленького, намека на восстание против нас.

Улыбка исчезла с лица Ролланда, а зрачки засветились.

— Как я уже сказал, это послужит достижению двух целей.

Боже. Паника, которую они подстрекают, будет просто глобальной. Даже если небольшой процент людей видел видео раньше, она будет развиваться как вирус. Если где-

то есть такие же Лаксены, как Деймон и Доусон, они получат сообщение.

Должно быть что-то, что я могла бы сделать.

— Ты ничего не сможешь сделать, — сказала Сэди, читая мои мысли.

Но я могла.

Она откинула голову и начала смеяться, а я начала представлять людей — всех в лимузине — танцующими тверкинг [1] . Молчаливый Лаксен. Ролланд. Сэди. Все они наклонились вперед, встревая в мое личное пространство, и выглядели очень тупо.

Сэди откинулась назад, нахмурившись.

— Что ты...

Развернувшись на сидение, я действовала, не задумываясь, позволяя инстинкту брать верх. Риск был велик, но я не могла позволить им добраться до места назначения.

Сэди выкрикнула что-то, когда я призвала Источник, который был глубоко внутри меня. Молчаливый Лаксен сжал руку вокруг моего горла, в то время как энергия заструилась вниз по моим рукам, я позволила ей вырваться.

Воздуха не было, и я не могла дышать, но поток энергии все же вырвался, попав в затылок водителя.

Лимузин резко свернул вправо и продолжил движение, ускоряясь, когда голова водителя упала на руль. Машина поднялась на два колеса и когда хватка на моем горле усилилась, лимузин перевернулся.

ДЕЙМОН

Мне не нравилась ситуация в целом. То, что Кэт была в другой машине, уже было достаточно плохо, но то, что она осталась с Сэди и Ролландом, пробудило во мне желание разбить чью-нибудь голову.

Ди сидела впереди, рядом с одним из новичков, одетая как мини-Сэди, в женский брючный костюм. Боже, от этого моя кожа натягивалась на костях. Было, по меньшей мере, сотня вещей, которые мне не нравились, и из-за которых мне хотелось биться головой об стену.

Я был в ужасном настроении.

Это было так неприятно после блаженства, которое я испытал этим утром с Кэт.

Время, проведенное с ней, в ней, теперь, казалось, словно было жизнь назад. Было что-то странное, отчаянное на краю моего сознания, что я никак не мог выбросить из головы. Как ощущение ее губ, и сейчас оно почти казалось чем-то, что было в прошлом.

Брат бросил на меня долгий взгляд, прежде чем отвернуться к окну. Он был напряжен, как струна.

Мэр жил в захолустье, и мы находились еще, по крайней мере, в пяти милях или около того от города. Я хотел сказать парню за рулем, чтобы поторапливался, черт возьми.