— На этот раз, мне не больно. Я не волнуюсь. Я хочу этого.

Синий свет пульсировал на дуле пистолета, но я была не в силах использовать Источник. Я была осушена, выжата. Я собрала все свои силы, более чем готовая вступить в рукопашный бой. Мне оставалось не больше трех футов от стоявшего на коленях солдата, когда другой солдат неожиданно появился передо мной. Резко затормозив, я потеряла равновесие и приземлилась на свой зад.

Конец оружия ИЭС был направлен на мое лицо.

— Не двигайся, — раздался приглушенный голос из-под шлема.

Синий свет вырвался из другого оружия, и ужас накрыл меня, я закричала. Деймон резко обернулся, прикрывая сестру рукой, даже когда она освободилась от него в очередной раз. Взрыв ИЭС прошел через машины, попав в расстояние между пушкой и местом, где стояли Деймон и Ди, поразив свою цель в грудь. Позади них, Ролланд рухнул, переходя из своей истиной формы в человеческую и обратно. Его голова ударилась о землю и он заорал.

Свечение, окружающее его, запульсировало еще раз, а затем потухло.

Не Деймон был целью солдата, а Деймон смотрел, широко раскрыв глаза, грудь вздымалась и резко опускалась.

Ди поколебалась, а затем развернулась, двинувшись в сторону света, и исчезла среди густых сосен. Синий свет отскочил от ствола дерева, после ее отступления.

Деймон начал поворачиваться, собираясь последовать за ней, но остановился, когда увидел меня. Краем глаза я заметила, что Доусон бежал туда, где я все еще сидела.

— Я сказал тебе оставаться на месте, — сказал он, стиснув зубы и не спуская глаз с солдата, целившегося в меня.

— Похоже, что для тебя все вышло как надо, — парировала я.

Другой солдат теперь находился рядом с Деймоном, направляя его в нашу сторону.

Когда он дошел до нас, он медленно наклонился.

— Стой на месте, — рявкнул солдат.

Гнев наполнил Деймона, он продолжил наклоняться, посылая солдату взгляд, который кричал, что пусть только попытается его остановить. Палец на спусковом крючке дрогнул, когда Деймон взял меня под мышки и потянул наверх. Он спрятал меня в приюте своих рук, поворачивая свое тело так, что лишь малая часть меня была видна.

Мускулы вдоль челюсти Доусона напряглись.

— Ну, дерьмо.

Крылья Чоппера прорезали воздух и в течение нескольких секунд, другой черный ястреб достиг вершины сосен, и приземлился посреди улицы в паре метрах от нас, подняв ветер и заставив мои волосы вырваться из-под руки Деймона, когда я теснее прижалась к нему.

Измученные и разбитые, мы были выжаты как губка, и я знала, что мы проиграли.

Мы трое. Если бы они открыли огонь, это был бы конец. Болезненное чувство поползло вверх по моему горлу. Я хотела закрыть глаза, но это выглядело бы как трусость.

Раздался металлический звук, а затем дверь вертолета открылась, медленно показывая нам ту, кто сидела на коленях внутри, и смотрела на нас. Ожидая. Как всегда.

Нэнси Хашер.

ДЕЙМОН

Были моменты в моей жизни, когда я всерьез не мог поверить, что все может стать еще чертовски хуже, чем уже было, особенно когда Ди убежала, чтобы присоединиться к проклятому цирку Лаксенов.

Но каждый раз, я убеждался, все снова и снова, как неправильна была эта мысль.

Нэнси посмотрела на нас своими темными глазами, ее лицо было лишено всяких эмоций, совершенно пустой лист.

Доусон выругался и начался двигаться, но Нэнси заговорила прежде, чем он смог сделать что-нибудь, что закончилось бы большим количеством взрывов и общим хаосом.

— Если хотите жить, — сказала она, резким голосом, — вы сядете в этот чертов вертолет. Сейчас.

У нас действительно не было особого выбора. Либо драться и попасть под одну из этих пушек, либо сесть в вертолет.

И что потом? Мы выбрались из жаровни и попали прямиком в самый центр огня. Но один вариант, скорее всего, предполагал нашу мгновенную смерть, в то время как другой, вероятно, подразумевал, что мы умрем позже. "Позже" давало нам некоторое время, чтобы придумать выход из нынешней неприятности.

Я бросил на Доусона взгляд, который говорил "Не кипятись", и на какой-то момент я подумал, что он собирается сказать "Черта с два", но его плечи опустились, и затем он запрыгнул в вертолет.

Повернувшись к Кэт, я встретился с ней взглядом, и настороженность в ее серых глазах, истощение и боль, оттенялись страхом. То, что я видел это, и знал, что в данный момент я не мог ничего сделать, чтобы что-то изменить, резало меня изнутри.