— Котенок?

— Мне нравится это, — прошептала я, моя грудь сжалась.

— Говорить об этом, я имею в виду. Это кажется таким нормальным. Так, словно у нас есть...

Деймон наклонился надо мной, захватив мой рот. Поцелуй достал до самой моей глубины, осветив каждую клеточку моего тела.

— У нас есть будущее.

Я перестала думать, когда его губы вернулись к моим, и он перевернул меня на спину. Остальной мир, все проблемы и опасности исчезли, и остались только мы вдвоем.

Он делал сумасшедшие и безумные вещи своими руками, я почувствовала прилив ощущений, который подбрасывал меня, словно я была на волне. А когда я пришла в себя, я толкнула его на спину.

Деймон поднял брови, когда я склонилась над ним.

— Что ты... ?

Он приспособился довольно быстро и его тело по краям начало светиться беловато-

красным светом, его рука накрыла мои влажные волосы. Прежде, чем его ресницы опустились, я увидела его глаза, которые были, словно необработанные алмазы и в них было выражение своего рода благоговения, хотя я действительно понятия не имела, что делала. Но ему, казалось, нравилось это и я думаю, что это было потому, что он любил меня.

Позже, мы лежали лицом друг к другу в тишине. Я проследила линию его нижней губы, набираясь смелости спросить его о кое-чем, что меня интересовало.

— Почему вы ушли с ними, когда они пришли?

Его глаза были закрыты, лицо расслабленно.

— Когда они вышли из леса, я мог слышать все, о чем они думали, что они хотели.

То же самое было с Доусоном и Ди. Мы сразу же соединились с ними. И сначала это было подавляющим. Я хотел пойти с ними.

Он остановился, открыв глаза. Наши взгляды встретились.

— Словно я забыл обо всем на свете, кроме них. Они стали всем.

Я даже не могла понять этого.

— Ты слышишь их сейчас?

Нет. Во всяком случае, сейчас это словно тихий гул на периферии.

Он сделал паузу.

— Это не первый раз, когда происходит что-то подобное. Когда многие из нас находятся рядом друг с другом, становится трудно, потому что это словно миллион радиостанций. Именно поэтому нам никогда не нравилось находиться в колонии. Когда нас так много, мы все связаны, почти как одно существо и ты под влиянием вещей, которых ты не хочешь. Ты не индивидуальность. Ты един со всеми. Я просто не знал, что связь может быть такой сильной, какой она была, когда они пришли.

— Но ты оборвал ее, — напомнила я ему, потому что он выглядел почти разочарованным в себе.

— Потому что я чувствовал тебя. То же самое и с Доусоном, и, очевидно, любым другим Лаксеном, который связан с кем-то еще, но Ди... — он замолчал, качая головой.

— Те, кто пришли, они отличаются от остальных из нас. Я знаю, что это очевидно сейчас, но они... они такие холодные. Никакого сочувствия или сострадания.

Он содрогнулся от вздоха.

— Я не помню своих родителей, но не могу поверить, что они были такими же. Я думаю, мы не такие, потому что мы находились рядом с людьми. Это отсутствие сострадания и сопереживания делает их опасными, Кэт. Я знаю гораздо больше, чем мы осознаем.

Я погладила большим пальцем вдоль его челюсти, он повернул голову, поцеловав центр моей ладони.

— Хотя, у них должна быть слабость. У всех во Вселенной есть слабость.

Деймон схватил мою руку, переплетая наши пальцы.

— В каждой колонии есть Старейшина, который в значительной степени создает правила для колонии. Я знаю, что у тех, кто прибыл, должен быть кто-то вроде... вроде их сержанта. Их королевы в улье. Его уничтожение не сможет положить этому конец, но это ослабит их власть над другими Лаксенами.

И над Ди.

— Есть идея, кто это или где он может быть? — спросила я.

Уголок его губ приподнялся.

— Нет. Ролланд скрывал его и теперь это имеет смысл. Благодаря Сэди, он знал лучше, каким маленьким кусочком информации поделиться. Чертова Сэди. Я понятия не имел, что она была Истоком, но я думаю, что она не единственная, кто притворяется и прячется среди Лаксенов.

Я нахмурилась.

— Кто еще?

— Это то, чего я никогда действительно не замечал, пока не покинул колонию, когда отправился за тобой. Странно, я никогда не доверял этому парню. С ним было что-то не так, и он говорил странные вещи, когда я уезжал. Вещи, которые не имели смысла тогда и я действительно не соединил все кусочки вместе, пока Арчер не показал, кем он был — знаешь, цвет глаз.

Он перевернулся на спину, медленно выдыхая.

— Итан Смит.

Мне потребовалось время, чтобы вспомнить, о ком он говорил.

— Он Старейшина в колонии твоего дома?

Он кивнул.

— У него такие же глаза, как у Арчера и Люка.

— Святое дерьмо, — выдохнула я. Сев и подогнув под себя ноги.

— Но если он Исток, и если Истоки каким-то образом помогали остальным Лаксенам попасть сюда, вопрос, зачем?

Деймон посмотрел на меня.

— Это вопрос на повестке дня, не так ли? Зачем некоторые из Истоков работают с Лаксенами?