Юный Сэм к этому времени устал от женского общества и приблизился к старому гоблину, который трудился над горшочком. Мальчик с искренним восхищением и даже удовольствием, насколько мог судить Ваймс, наблюдал за гоблином. «Вот урок для нас… не знаю какой, но несомненный урок», – подумал он.

Ваймс подождал, когда мисс Бидл закончит обсуждать последний писк моды с девушками, а потом вежливо спросил:

– У жертвы были с собой коготтные горшочки?

– Я бы удивилась, если бы нет, – ответила мисс Бидл. – По крайней мере, один или два, но, скорее всего, довольно маленькие, для использования в течение дня.

– Понимаю, – сказал Ваймс. – Но нашли ли их на ней… э… потом, в смысле когда ее перенесли вниз?

Он сам не знал, каковы правила на сей счет, и продолжал:

– Послушайте, мисс Бидл, может ли быть так, что у погибшей были с собой горшочки, которые потом пропали? Я, конечно, понимаю, что они ценные – они так блестят.

– Не знаю, но могу спросить у Холодной Кости Просыпается. Он здесь главный. Он наверняка знает.

Ваймс кое о чем вспомнил. С некоторым смущением он полез в карман, извлек оттуда нечто тщательно завернутое и с умоляющим взглядом протянул мисс Бидл.

– Кажется, это принадлежало убитой девушке, – сказал он. – Каменный перстень с маленьким синим камнем. Пожалуйста, передайте его тому, кому он будет дорог.

«Все, что у нее было, – это каменное колечко, – подумал Ваймс, – да и то отняли».

Иногда мир нуждается не в стражнике, а в человеке, который знает, что делает, чтобы поставить точку и начать все сначала, и на сей раз правильно…

Но прежде чем отчаяние успело угнездиться в нем, мисс Бидл вернулась. Она была в радостном возбуждении.

– Как хорошо, что вы спросили, командор! Один горшочек действительно пропал! Коготтный кот!

Ваймс мог изобразить абсолютное непонимание, как любой стражник. Его лицо просто излучало невежество, но мисс Бидл и так уже готовилась выдать на-гора массу информации.

– Разумеется, вы знаете то же, что и все, командор, а именно, что гоблины старательно хранят свои телесные выделения в горшочках и верят, что их частицы воссоединятся с ними после погребения. Это верование называется коготтом. Все гоблины должны – по традиции, которая строго соблюдается, – поддерживать хад, триединство ушной серы, обрезков ногтей и слизи из носа. В данном случае отсутствующий горшочек – это так называемый кот, который содержит обрезки ногтей. И пусть вас не смущает название, кошки тут ни при чем… просто в мире ограниченное количество букв.

– Вы сейчас впервые услышали о пропавшем горшочке, мисс Бидл?

– Сегодня я впервые сюда пришла со вчерашнего дня, и сейчас не лучшее время, чтобы общаться с семьей жертвы, как вы, наверное, понимаете.

– О да, – ответил Ваймс, хотя и не особенно понимал, но чувствовал, как в темноте сознания растет крошечный лучик света. Он взглянул на Юного Сэма, который изучал старого гоблина с явным исследовательским интересом. Какой умница.

Он продолжал:

– Гоблины искали пропавший горшочек?

– Повсюду, командор, даже снаружи. Он довольно маленький. Понимаете ли, все гоблины делают множество горшочков, которые хранятся глубоко в недрах пещеры. Я не знаю где, хотя гоблины поверяют мне большинство своих забот. Но люди воруют горшочки. По этой причине большинство гоблинов делают относительно маленькие емкости для ежедневного использования и для тех случаев, когда нужно покинуть пещеру, а потом втайне опорожняют их в большие горшки… – Мисс Бидл попыталась улыбнуться. – Я не сомневаюсь, вам это кажется очень странным, командор, но изготовление и наполнение горшочков для гоблинов – само по себе религия.

Сэмюэль Ваймс не настроен был делиться своими соображениями по этому поводу, поэтому он просто спросил:

– А может быть, что горшочек украл другой гоблин? И вообще, «относительно маленький» – это какой?

Мисс Бидл с удивлением взглянула на него.

– Если вы мне доверяете, командор, то, пожалуйста, поверьте и теперь. Никакому гоблину не придет в голову украсть чужой горшочек. Заверяю вас, сама мысль об этом исключается. А размер? Ну, что-то вроде дамской пудреницы или, скажем, табакерки. Они светятся, как опалы.

– Да, я знаю, – ответил Ваймс и подумал: «Разноцветные блики в темноте». Он произнес:

– Не хочу доставлять неприятности, но нельзя ли мне взять один из горшочков покойной? Он пригодится, чтобы объяснить людям, что именно я ищу.

Мисс Бидл вновь удивилась.

– Это невозможно, командор. Но, пожалуй, я поговорю со Слезами Гриба, и она, быть может, – хотя и не ручаюсь – одолжит один из своих горшочков, и в таком случае считайте, что вам оказали великую честь, командор. Горшочек обычно переходит в другие руки только в чрезвычайных обстоятельствах, но Слезы Гриба много времени проводит со мной. Она научилась, так сказать, мыслить гибко, и, позвольте заметить, девочка к вам неравнодушна.