В воскресенье Элоди царила в своей стихии. Услышав от Элли про дядю Мика и Оливию, она пригласила их на обед. Когда мы прибыли, то обнаружилось, что Элоди где-то раздобыла еще один стол и приставила его к уже стоявшему в гостиной. Квартира наполнилась разговорами и смехом. Все болтали, знакомясь. Я наблюдала за Оливией и ощутила комок в горле, увидев восторг на ее лице, румянец на щеках и блеск в глазах. Элли почти сразу на нее насела, и я поняла, что они уже прикипели друг к другу. Элли умела найти общий язык с кем угодно.

За столом я сидела рядом с Джосс. Она тихонько толкнула меня и, наклонившись, шепнула:

— Ты когда-нибудь могла себе представить, что окажешься частью чего-то такого?

Я огляделась, посмотрела на лица, остановив взгляд на Кэме, смеявшемся над какими-то словами Брэдена, и опять повернулась к подруге, качая головой:

— Никогда, даже за миллион лет.

Она улыбнулась, и меня поразила нежность в ее глазах, когда она взглянула на простое колечко с бриллиантом на своей руке.

— Я тоже.

— Ты рада?

— Более чем, — отозвалась Джосс.

Я ухмыльнулась ей и только раскрыла рот, чтобы отпустить шуточку, снижающую градус серьезности, как меня позвал Брэден:

— Джо, тебе нужна работа?

Я закатила глаза и стрельнула в Кэма досадливым взглядом.

— Я сама собиралась сказать.

— Ну, ты с этим затянула.

Вздохнув, я кивнула Брэдену. Мои щеки вспыхнули, оттого что приходится его просить.

— Если у тебя есть вакансия на полдня, мне бы это очень помогло.

Его светло-голубые глаза поизучали мои, и я почувствовала себя совершенно незащищенной и открытой под его пристальным взглядом. Брэден умел видеть людей на сквозь, добираться до самых потаенных мест души. Не знаю, как Джосс удавалось так долго сопротивляться, прежде чем признать свои чувства к нему. Он-то все понял с самого начала.

— Пожалуйста, Джо, приходи к нам, когда понадобится. — (Я сглотнула, но кивнула.) — Я кое-что утрясу завтра, посмотрим, сможешь ли ты выйти со вторника.

— Спасибо, — благодарно прошептала я.

Когда беседа за столом возобновилась, Джосс едва слышно фыркнула:

— Пугает, да?

— Брэден?

— Ага. Он видит глубже, чем большинство людей. — Она внимательно посмотрела на меня. — С тобой происходит что-нибудь, чего мы не знаем? У вас с Кэмом все в порядке?

Я подумала обо всех своих сомнениях и ежедневной борьбе с ними.

— Потихоньку притираемся друг к другу.

— Ясно. По-моему, он весьма крут. В смысле — до знакомства с ним ты бы ни за что не согласилась работать у Брэдена.

— Угу, не сыпь соль на раны.

— Господи, женщина, я и не думала, что кто-то может быть таким же гордым и упрямым, как я.

— Что ж, ты ошиблась, — сухо парировала я.

— Ну да, — хохотнула Джосс, — а теперь у тебя есть свой дикарь, который… мм… повытрясет из тебя немного упрямства.

Я ощутила, как теплеют мои щеки при мысли о Кэмероне, вытрясающем из меня упрямство сегодня вечером. Приятная перспектива.

— Думай потише, — шепнула Джосс.

Бывают в жизни времена, когда наваливается столько всего, что и вздохнуть некогда. Ты просыпаешься, умываешься, одеваешься. День — куча слипшихся событий, работы, каких-то занятий, домашней рутины, и не успеваешь оглянуться, как твое усталое тело уже растеклось по матрасу и подушке. Потом — по ощущениям через две секунды — твои глаза с трудом открываются от звука будильника. Такой и была моя жизнь в следующие недели.

Поскольку происходило уж слишком много всякого, я отпустила свой невроз погулять ночку и осталась в постели Кэма до утра. Это была среда после выходных с Миком и Оливией. Как только затих будильник, я застонала, откинула одеяло и выпрыгнула из кровати.

Кэму мой способ вставать явно показался очень забавным. Я увидела, как его плечи затряслись и он уткнулся лицом в подушку.

Неподъемные веки и нервическое ожидание второго рабочего дня в «Дуглас Кармайкл и К°» не прибавляли мне доброты и терпимости.

— Ничего смешного.

Кэм оторвал сонное ухмыляющееся лицо от подушки.

— Детка, ты уморительна, — сообщил он своим сексуальным, хриплым со сна голосом.

Мне захотелось нырнуть обратно под одеяло, к нему, но пора было собираться на работу.