О манере ведения допроса Беннета Леонид тоже предпочитал не думать. Слишком яркое впечатление на него в свое время произвели выкладки интерполовских киберразведчиков о проектах «Bluebird», «Artichoke» и «MK-Ultra» [18] .

Пока Суворов ужинал, Леонид с Беннетом в пустой допросной выслушивали первичный отчет экспертов. И по мере рассказа становилось ясно, что Аннигилятор действовал не один. Когда первые мегабайты информации об этом достигли сознания Леонида, он ощутил легкое разочарование. И тут же вспомнил рассказ русского о брендах. Показалось, что имя Аннигилятора уже не вызывает такого неоспоримого уважения и страха, если он работает не один, значит – не всевластен. Разрушение легенды напоминало о древней, как мир, истине, что информация – оружие.

– Но от этого опасаться Аннигилятора меньше не нужно, – резонно отметил Беннет. – Скорее – наоборот, надо теперь учитывать и тот факт, что у этого засранца есть помощники.

– Да, – произнес глава экспертной группы, перелистывая на планшетном компьютере страницы отчета. – Мы убеждены, что на расстоянии такую операцию не выполнить. Аннигилятору нужны были помощники в здании отеля. Есть определенные свойства у системы электроснабжения, и, при всей любви японцев к автоматизму, некоторые звенья цепи не регулируются виртуально. Мы пока не нашли посторонних приборов, но…

– Ясно, – прервал Беннет.

По жесту американца глава экспертов кивнул и вышел.

– Вот, – сказал Беннет со значением. Его взгляд на миг стал отрешенным, а пальцы коснулись дужек очков дополненной реальности. – Взгляни. Тебе понравится.

Пару секунд он настраивал служебные гугл-очки, потом Леонид получил от него электронное письмо на свой гаджет.

– Синхронизируй очки с планшетом, – поднялся Беннет, – так удобней. Поторопись, скоро приведут Суворова. Обсуди с ним отчет. Может, хоть в этом поможет…

Леонид обдумывал присланные Беннетом файлы.

Аннигилятор в очередной раз доказал, что способы убийства не статичны. Они развиваются с человечеством, эволюционируют наравне с технологическим прогрессом. И если раньше это была костлявая старушка с косой, теперь это суперсовременная киберсистема. Ее орудием может стать совершенно неожиданный предмет.

Привели Суворова, он уселся, кивнул с благодарностью, когда ему подали бумажный стаканчик с кофе. Леонид заметил, что парень, морщась, массирует грудь.

– Что у вас там?

– Синяк, – пожал плечами русский. – В отеле, когда началась катавасия с электроэнергией, замком ударило.

– Замком?

– Его вырвало из двери.

При воспоминаниях об электро-озоновом хаосе в гостиничном номере, у Леонида засосало под ложечкой. Если бы он такое пережил, то наверняка бы не сидел вот так запросто, попивая кофе.

– Хорошо, – встряхнулся он. – Если вы не против, я хотел бы задать несколько вопросов.

– Только если это поможет мне побыстрей вернуться в отель.

Леонид не был уверен, что там постояльцу будут рады, но об этом решил промолчать.

– Итак, чем вы занимаетесь?

Данил пожал плечами:

– Я вольная птица, работаю только по тем заказам, что мне интересны.

– А подробней?

Можно было бы сказать, что согласно деловой этике вопрос неуместен, но видно, что русскому пока не хотелось ссориться, и он произнес:

– Да разные заказы. Чаще всего работаю с информационными девиациями…

Леонид улыбнулся одними губами:

– Я знаю только сексуальные девиации.

– У нас демократия – каждый, гм, развлекается, как хочет, – парировал Данил злорадно.

Шуточки хлюпающего носом хакера начинали раздражать. Видно было, что за ними есть какой-то контекст, но из-за разницы менталитетов Леонид его не понимал.

Он сказал сухо:

– Поконкретней, пожалуйста. Что за работа?

– Если вам не нравится слово «девиация», можно перефразировать – аберрация, – сказал Данил. – Я информационщик. Работаю и с компьютерными, и с социологическими данными. Ищу людей, провожу анализ, вывожу статистику… Долго рассказывать.

– По ходу деятельности вам приходилось сталкиваться с Интернет-сообществом Internet Hate Machine?

– Я слышал о них, – Суворов закрыл глаза. Видимо, аллергия не прошла. – Но работать с ними не приходилось.

– Понятно. А не приходилось ли вам слышать о человеке или о людях, которые одержимы желанием уничтожить Internet Hate Machine?

Казалось, что Суворов спит.

– Да таких масса, – он лениво разлепил губы. – И враги, и конкуренты…

– Например?

– Слушайте, я вам уже сказал: с террористами я не работаю! Ни с Internet Hate Machine, ни с их врагами.