Возможно, простым обитателям замка Иденби нет дела до того, кто взойдет на престол или станет хозяином замка? Но зачем же они тогда так долго сопротивлялись и понесли такие огромные потери?

Как раз в тот момент когда Джон в очередной раз оглядывал зал, до него донесся громкий крик Тристана, эхом отразившийся от стен зала.

Взгляд Джона упал на Эдвину. На ее лице застыл ужас — теперь он понял, что эта женщина весь день ждала беды. Не сводя с нее глаз, ошеломленный и разъяренный Джон выхватил меч.

— К оружию! — крикнул он.

Но большинство рыцарей не обратили внимания на его возглас, вскочили лишь Тибальд и Мэтью Уоллингем. В зал ввалилась толпа стражников замка. Джон увидел неподалеку старого сэра Хамфри с обнаженным мечом.

В этот миг один из стражников бросился на Джона, но тот нанес смертельный удар в живот противнику, который рухнул на пол, обливаясь кровью.

Услышав пронзительный визг, Джон увидел, что Эдвина прижалась спиной к каменной стене, во все глаза уставившись на мертвого стражника. Вокруг царил хаос, кричали воины, лязгала сталь, стонали умирающие. Джон понял, что надо прорваться из башни замка во двор и увести отсюда всех, кто еще жив.

Никогда еще он не испытывал такой острой горечи. Поймав взгляд Эдвины, Джон слегка поклонился и процедил сквозь зубы:

— Миледи, молитесь о том, чтобы меня убили, ибо если я выживу… — Он не договорил: путь ему преградил еще один стражник, через секунду осевший на пол. — Тибальд! Мэтью! Отступаем!

Краем глаза Джон заметил, что Тибальд услышал его. Пожилой воин начал пробиваться к Джону, за ним последовал Мэтью. Они выстроились в ряд, образовав живую стену. Оглядевшись, Джон увидел, что несколько его рыцарей уже погибли. Еще четверо лежали неподвижно, уткнувшись лицами в обеденный стол. Из пятнадцати мужчин, вошедших в большой зал, только пятеро выжили после «гостеприимной» встречи в замке Иденби.

Наконец они добрались до дверей зала; Джон отбивал атаки противников, а Тибальд поднял тяжелый засов. Вскоре сторонники Ланкастеров вырвались во внутренний двор. Но здесь их тоже подстерегала неожиданность: воины, оставшиеся во дворе, либо сражались с обитателями замка, либо лежали мертвые.

— Отступаем! — крикнул Джон, с досадой понимая, что теперь каждому придется сражаться за себя, и им ничего не остается, как бросить в замке большую часть воинов, которых наверняка убьют или закуют в кандалы; К Джону уже спешил Тибальд, ведя на поводу коней. Джон вскочил в седло и вновь подал сигнал к отступлению.

Они едва успели проскочить под острыми прутьями опускающейся решетки ворот. Копыта лошадей прогрохотали по мощенному булыжником спуску. Подвесной мост уже поднимался. Конь Джона попятился, увидев впереди пропасть. Всадник пришпорил лошадь, и она легко перескочила на другой берег рва. Услышав крик Тибальда и конское ржание, Джон обернулся. В прыжке жеребец Тибальда сломал ногу.

Джон протянул другу руку, тот сел на его коня, и они помчались прочь от стен замка, пригибаясь под градом стрел.

Добравшись до долины, Джон придержал коня и попытался оценить положение. Из пятидесяти мужчин, вошедших сегодня в замок, в живых осталось меньше двадцати пяти, да и те истекали кровью, стонали и бессильно приникали к шеям лошадей.

— К лагерю, — хрипло скомандовал Джон. — Мы еще вернемся!

Самым сокрушительным ударом для Джона стала гибель Тристана. Джон слышал, как Тристан выкрикнул предостережение, как внезапно оборвался его голос. Именно Тристан решил пощадить обитателей Иденби — несмотря на то что гнусные убийцы погубили в Бедфорд-Хите всех, кто был дорог ему.

Его вновь предали. Теперь Тристан наверняка погиб или погибнет — сторонники Йорков ни за что не пощадят его. Джон вспомнил, сколько раз друг спасал его в бою. Он пришпорил коня и обогнал кавалькаду измученных воинов, не желая, чтобы они заметили слезы у него на глазах. Джон не сумел спасти Тристана, своего друга, наставника и товарища по оружию, который нуждался в помощи. Внезапно он осадил коня и оглянулся на замок.

— Клянусь Богом и всеми святыми, я не уйду отсюда без тела Тристана!

Воины молчали.

— Мы останемся здесь, — сказал Тибальд.

— И будем продолжать осаду, пока живы, пока наши враги не умоются кровью! — вставил Мэтью. — Отомстим за лорда Тристана!

Воины разразились криками. Они понимали, что могут погибнуть во время осады, но это не поколебало их решимости отомстить за смерть предводителя. Джон кивнул и направился к лагерю. В пути его неотступно преследовали мысли об обитательницах Иденби, готовых сражаться вместо своих мужчин, пуская в ход красоту и коварство. Он мечтал схватить обеих и отдать на потеху своим воинам, а затем бросить на растерзание грифам. Но даже такой мучительной смертью не искупить предательства.