– Естественно, если эта дама похожа на меня, то она не может быть не интересной, – Ольга подмигнула подруге. – Не зря Джеймс Бонд дважды укладывает ее в койку.

– Один раз в койку, – уточнила Мадлен. – Второй раз на пол. Кстати, на полу иногда бывает интереснее, чем в кровати. Но существует маленькая проблема: можно натереть ковром задницу. Потом она долгое время будет чесаться.

Ольга обдумывала разговор с Мадлен, лежа в объятиях Дэвида. Он спал, крепко прижав ее к себе, а она не могла сомкнуть глаз, слушала его тихое дыхание и прокручивала в голове слова подруги о том, кто именно в «Астрей» мог поставлять информацию Эдди. Кроме этого, ее беспокоило, как далеко Эдди может зайти в своем расследовании. Если он все-таки решится открыть тайну агентства, то ей в этой ситуации придется хуже, чем кому-либо другому. Она является управляющей агентством, и именно ей будут предъявлены обвинения в торговле женщинами.

Стараясь не разбудить Дэвида, Ольга осторожно убрала его руку с груди и встала с кровати. Она захватила с собой плед и вышла в коридор, плотно прикрыв двери спальни. Ольга уже не впервые ночевала в квартире Дэвида, но ей все еще было неловко оттого, что она находится на чужой территории. Странное ощущение появлялось всякий раз, когда она переступала порог его дома. С одной стороны, что-то говорило Ольге о том, что Дэвид доверяет ей и поэтому впускает в свой мир. В то же время ей казалось, что таких женщин, как она, входящих ночью в его холостяцкую квартиру, было множество, и это не позволяло ей чувствовать свою исключительность.

Ольга была растерянна, она понимала, что позволила себе расслабиться и увлечься, и главное – она никогда не чувствовала себя такой счастливой. Ко всему прочему, наравне с небывалым внутренним подъемом она испытывала вину за то, что посмела быть счастливой в тот момент, когда нужно было плакать. Очень часто в голову приходили мысли, что она плохая мать, так как не может вернуть своих дочерей. Вместо того чтобы бороться и искать их, она плыла по течению, довольствуясь новостями, которые регулярно приносил Кемден. Вдобавок ко всему в ее жизнь пришла любовь, которая ошеломила и заставила радоваться вопреки обстоятельствам, в которых она оказалась.

Ольга была недовольна собой, ее раздражало собственное малодушие, но, как ни старалась, она не могла избавиться от мыслей о Дэвиде: они владели ею наравне с мыслями о дочерях. Ольга говорила себе, что по значимости Дэвид не может сравниться с Софией и Викторией, но ничего не могла с собой поделать. Она убеждала себя, что напрасно привязывается к нему, что их отношения не могут быть длительными, и каждый раз спешила к нему на встречу. В его объятиях она успокаивалась, забывала о прошедшем дне, наполненном отчаянием и страхом. Спокойствие и уверенность, исходящие от Дэвида, заряжали ее и давали возможность ощутить себя обычной женщиной, которую судьба не испытывает на прочность и не играет с ней в опасные игры. В такие минуты Ольга чувствовала себя умиротворенной и была благодарна Дэвиду за это.

– Что тебя тревожит? – услышала она его голос и подняла голову.

Дэвид стоял перед ней и внимательно вглядывался в ее лицо. Ольга покачала головой и улыбнулась.

– Все в порядке, – сказала она и откинула плед в сторону. – Садись рядом.

– Если все хорошо, то почему ты не можешь уснуть? – спросил он, обнимая ее.

– Иногда люди не могут уснуть вовсе не оттого, что им плохо, – возразила Ольга, – а как раз наоборот.

– Значит, ты счастлива и поэтому сидишь здесь в темноте?

– Да, – кивнула Ольга. – Причем счастлива настолько, что не знаю, что с этим счастьем делать.

Дэвид засмеялся.

– Давай приготовим чай, – сказал он.

– Сейчас я предпочитаю поступить так, как обычно ведет себя Мадлен. – Ольга весело посмотрела ему в глаза. – Ты приготовишь чай, а я буду сидеть рядом и рассказывать тебе забавные истории.

– Не думал, что Мадлен лентяйка. Хотя эта новость меня не удивила.

Они перешли в кухню. Ольга удобно устроилась на высоком стуле, подтянула ноги к груди и закуталась в плед. Дэвид налил в чайник воды и поставил его на плиту. Затем достал из шкафа чашки, молочник и направился к холодильнику.

– Я хочу познакомить тебя с родителями.

Ольга с удивлением на него посмотрела.

– Неужели у нас все так серьезно? – спросила она.

– Получается, что у нас все очень серьезно.

Дэвид стоял к ней спиной, и Ольга не видела его лица, но чувствовала, что он улыбается.

– Решил меня помучить?

– Нет. – Дэвид повернулся к ней. – Спрашиваю твое мнение. – Он сделал глоток молока из бутылки. – Ты не будешь против этого знакомства?

– Не кажется ли тебе, что все происходит слишком быстро? – осторожно спросила она.

– Я хочу познакомить тебя с родителями, потому что считаю, что пришло время. Мне думается, что будет правильным, если они узнают женщину, которую я… с которой я хочу быть вместе.

Ольга натянула плед на плечи и опустила голову. Она не хотела, чтобы Дэвид увидел, как зарделись ее щеки.

– Хорошо, я согласна.

– С чем? – лукаво спросил Дэвид.

– С тем, что ты желаешь быть со мной, – в том же тоне ответила Ольга. – Ну, где твой чай?

– Переводишь тему разговора? – Дэвид подошел к ней, не обращая внимания на кипящий чайник. – Чего ты боишься? Что тебя испугало в моих словах?