И именно его они выбирали, когда требовалось пообщаться со своими, не привлекая внимания любопытных нелюдей.

– Хотел меня видеть?

Подсевшего за столик мужчину можно было охарактеризовать одним-единственным словом: огроменный. Высокий, чуть не под потолок, плотный, дышащий яростной природной силой, он казался живым воплощением мощи, и если бы не чёрные волосы, без труда сошёл бы за выходца из ложи Драконов. На щуплого чела, который оккупировал самый дальний столик «Кружки», брюнет смотрел без страха и настороженности, даже с усмешкой, как старший, и тем сбивал с толку, поскольку из них двоих именно щуплый обладал и серьёзной репутацией, и авторитетом. Во всяком случае, среди челов Тайного Города.

– Меня зовут Шизгара, – веско произнёс он, справившись с лёгкой оторопью, вызванной нахальной усмешкой здоровяка.

– Знаю, – кивнул тот. – Потому и пришёл.

– Приятно, что ты обо мне слышал. – Щуплый окончательно взял себя в руки и тоже позволил себе ухмылку.

Которая тут же превратилась в гримасу.

– Забил имя в поисковике «Тиградкома», – небрежно бросил брюнет. – Ты вроде айтишник, да?

У Шизгары мелко затряслись пальцы.

Виталик Громов был основателем и единственным владельцем самого знаменитого виртуального ресурса наёмников Тайного Города – сайта «ГоловоРезка», – и привык считать себя фигурой значимой, возможно, даже масштабной, и уж всяко не равной «какому-то там» качку, едва появившемуся среди московских ведьм и чародеев. Авторитет Шизгара нарабатывал годами: сначала предоставлял площадку, затем выступал агентом, в особо щекотливых случаях сводя заказчиков и наёмников за пределами сайта, постепенно оброс нужными связями и заслужил репутацию чела, которому можно доверять. И потому услышанное в свой адрес почти презрительное «айтишник» мог расценить как величайшее оскорбление. И расценил. Только виду не показал. И с дрожащими пальцами справился очень быстро.

– Тебя зовут Евстафий Дрозбежковский?

– Дроздбежковский, – поправил Виталика наёмник.

– Странное имя.

– Спасибо родителям.

– Они у тебя из староверов?

– Они у меня из Сольвычегодска, – прохладно ответил здоровяк. – Зачем ты хотел встретиться? Есть работа?

– Она тебе нужна?

– А она у тебя есть?

– Может, ты перестанешь разговаривать со мной таким тоном? – не выдержал Шизгара.

– Может, и перестану, – прищурился Евстафий. – Если скажешь, для чего позвал.

– Ну уж точно не для того, чтобы выслушивать твои хамские ответы.

– Тогда вспомни, что я к тебе в лакеи не нанимался.

– Хочешь уважения?

– Хочу понять, чего тебе от меня нужно?

Разговор развивался вовсе не так, как виделось Виталику. Он предполагал, что недостаточно опытный, всего несколько месяцев назад оказавшийся в Тайном Городе чел с радостью откликнется на приглашение известнейшего Шизгары и примется вилять хвостом, желая всеми возможными способами обратить на себя внимание. В суровой же реальности не нашлось места даже одному проценту ожидаемого подобострастия. Дроздбежковский пришёл, поскольку знал, кто позвал, но ясно дал понять, что ничего, кроме здорового любопытства, не испытывает и в работе не нуждается.

– Чуды крайне редко вводят в Тайный Город челов, тем более не магов, – медленно произнёс Виталик, в очередной раз решивший вести себя максимально вежливо. – Не расскажешь, чем ты их взял?

– Не расскажу, – не моргнув глазом, ответил брюнет.

– Почему?

– Потому, что это тебя не касается.

– Касается, – притворно вздохнул Шизгара. – Видишь ли, Евстафий, недостаток информации не располагает к доверительным отношениям…

– Я к ним не стремлюсь.

Во-первых, он перебил уважаемого чела. Во-вторых, перебил не заверениями в преданности и нижайшей просьбой взять под крыло, а нахальным отказом и тем оскорбил Виталика до глубины души. Однако виду Шизгара снова не показал и как ни в чём не бывало продолжил:

– Есть опытные, авторитетные наёмники, которые хотели бы видеть тебя в своих командах.

– Пусть пришлют резюме.

Кто-то из осведомителей нашептал Виталику, что Дроздбежковский – бастард высокопоставленного чуда, чуть ли не сынишка магистра одной из лож. В тот момент Шизгара отмахнулся от глупого сообщения, но теперь неожиданно подумал, что заносчивыми замашками здоровяк весьма напоминает особенно наглых рыцарей.

– Не слишком ли ты борзый для новичка?

– Как все новички, я осторожный и не тороплюсь верить всем вокруг.

– И поэтому ты называешь себя умным?

– Поэтому я до сих пор называю себя живым. А ты… – Евстафий чуть подался вперёд, но тут же остановился, краем глаза заприметив чужое движение: сидящие за соседним столиком громилы продемонстрировали нахалу крупные стволы. – А ты должен научиться уважению, Шизгара. Иначе растеряешь клиентуру.

– Это угроза?

– Диагноз от дипломированного врача.

– Ты психиатр, что ли?

– Офтальмолог.

– И что же ты понимаешь в людях, офтальмолог? – с презрением осведомился Виталик.

– Я их насквозь вижу. – Дроздбежковский поднялся. – Бывай, Шизгара. – Однако руки не подал. – Просто так меня больше не ищи, только если будут интересные предложения.

И, не дожидаясь ответа, направился к выходу.

– Он уверен, что Шизгара в «Кружке»? – вопросил Кортес.

– Да, – кивнул Артём. И тут же уточнил в телефон: – Это я не тебе.

– Сто процентов?

– Харций на него смотрит.

– А-а… – Кортес улыбнулся. – В таком случае всё в порядке.

Звонить самому Виталику наёмники не стали, резонно предположив, что если владелец «ГоловоРезки» в чём-то виноват, то лучше свалиться на него как снег на голову, ну а если не виноват, то от милого сюрприза хуже никому не станет.