Второй церебрал подался телом в сторону арки, где стояли люди, отдавая ментальные команды своим слугам. Малые зерги рванулись вперед, навстречу терранам. «Главный» церебрал тем временем сгрудился у пульсирующего кокона, словно укрывающая яйцо наседка, оберегая его как величайшую драгоценность.

Команда Рейнора была готова к контакту. Как только зерги достигли зоны поражения, Мэнникс сдернула с бронежилета гранату, активировала ее, и бросила в кучу бегущих тварей.

Граната упала перед гидралиском и взорвалась.

Взрыв разорвал зерга в клочья, прикончил еще нескольких и расшвырял в разные стороны остальных. Рейнор с товарищами открыл беглый огонь по контуженым тварям, убивая их прежде, чем те успевали прийти в себя. Когда пошла новая волна, Рейнор снова скрестил руки и, поворачиваясь корпусом вправо-влево, начал попеременно стрелять то из гаусс-автомата, то из пистолета, ни на секунду не выпуская из-под контроля ситуацию на флангах.

— Действуйте, сэр! — крикнула Мэнникс, движением подбородка указывая в сторону кокона. — Возьмите на себя эту штуку, а мы позаботимся об остальных гадах!

Рейнор мгновение колебался, затем кивнул.

— Держитесь! — крикнул он.

Сведя стволы гаусс-автомата и пистолета, Рейнор повел по дуге изрыгающее огонь оружие, и разрядил в зергов оба магазина. Зерги на линии огня превратились в решето. Прежде чем новые твари успели заполнить образовавшуюся брешь, Джим рванулся вперед и проскочил сквозь строй врагов. Стрельба за его спиной усилилась, прогремел еще один взрыв. Мэнникс и другие рейдеры прикрывали своего командира. Остатки отряда в туннеле тоже все еще сражались. В глубине души Рейнор понимал, что скорей всего, его бойцов ждет смерть. И остальные тоже это знали. Но война была их профессией. Поэтому сейчас они находились здесь.

Спринтерский рывок Рейнора продлился недолго. Слизь липла к ботинкам, и бег мужчины превратился в спотыкающуюся трусцу. Тем не менее, Рейнору хватило темпа, чтобы преодолеть расстояние до кокона, и не оказаться перехваченным зергами. Когда до кокона осталось совсем немного, Джим перешел на шаг и отщелкнул пустые обоймы. Перезарядив оружие, он прицелился в трепыхающегося церебрала. Создание замерло, а затем начало медленно отползать прочь от кокона, пока не скрылось в переплетениях лиан из слизи, что клочьями свисали с потолка.

Время остановилось. Удивительный кокон и Джим остались наедине. Весь остальной мир исчез.

Рейнор во все глаза смотрел на зерговское творение. По размерам кокон превосходил мужчину раза в два. Его эластичная оболочка пестрела углублениями, бугорками, паутиной линий, рисунок и расположение которых постоянно видоизменялись. Оболочка жила собственной жизнью!

Кокон беспрерывно испускал миниатюрные молнии, отчего волосы Рейнора встали дыбом.

Но Джим не собирался отступать.

— Сара? — Рейнор протянул руку и приложил ладонь к кокону. Пальцы в перчатках ощутили толчки.

Джим видел, что внутри кто-то есть. Этот кто-то крутился, извивался, молотил конечностями по упругой оболочке кокона.

Но этот кто-то не мог быть Керриган!

Да, он едва различал неясный силуэт, но для человека у фигуры было слишком много конечностей!

Если только…

Возможно, это было прикосновение.

Возможно, просто столь близкое присутствие.

Или просто так совпало…

Какой бы ни была причина — время пришло.

Рейнор увидел, как одна из конечностей ударила кокон рядом с вершиной. За первым ударом последовал второй, и оболочка не выдержала — снаружи кокона появился ужасающий коготь-клинок! Органический покров кокона натянулся, когда новые клинки попытались вырваться на свободу, — склизкая поверхность напряглась до предела.

Последовал еще один сильный толчок изнутри.

Появился второй клинок.

Оболочка еще секунду сопротивлялась давлению острых конечностей, а затем лопнула, как гнилой арбуз. Верхняя часть кокона расползлась в стороны, и его содержимое хлынуло наружу.

Лишившись наполнителя «кожура» опала, и с мягким шелестом устремилась к полу. Рейнор отпрянул, чтобы его не накрыло скользкими лоскутами. Густая маслянистая жидкость омыла его ботинки, и тонким слоем растеклась по слизи, которая моментально впитала ее.

Впитав жидкость, слизь набухла и потемнела; ее пульсация усилилась. Но Рейнору совершенно не было дела до того, что происходит вокруг него. Он стоял, словно завороженный, и не мог отвести взгляда от фигуры, которая появлялась из опадающих складок оболочки кокона.