— Ты выглядишь… — Сьюард не смог закончить предложение и только покачал головой, улыбнувшись. — Я не знаю, что сказать.

Артуру показалось, что у Джека явно не все в порядке с головой. Когда он видел его в последний раз — в Перфлите, когда, будучи еще «теплым» глупцом, осмелился воспротивиться Дракуле, и в результате ему пришлось спасаться бегством, оставив своих компаньонов сражаться с графом, — доктор нервничал, но вполне владел собой. Теперь же перед ним стоял сломленный человек. Живой, но совершенно разбитый, как часы, что постоянно запаздывают, а иногда и вовсе идут в обратную сторону.

Дравот увлекся разговором с точильщиком. Тот, наверное, был одним из его сообщников.

— Ты — вампир.

— Естественно.

— Как он. Как Люси.

Холмвуд вспомнил о Люси, вспомнил, как та верещала, когда он вонзил в нее кол. Ужасающий скрежет пилы о позвоночник, когда Сьюард и Ван Хелсинг отделяли ее нашпигованную чесноком голову от тела. Прежний гнев вернулся.

— Нет. Не как Люси.

Дравот снова двинулся прочь. Годалминг обошел Джека, но потом засомневался. Если он сейчас сорвется на бег, то Сержант поймет, что его преследуют, и постарается избавиться от охотника. Бросив Сьюарда, он двинулся вперед, как будто неторопливо прогуливаясь, но на самом деле придерживаясь выверенного маршрута и скорости и не теряя Дравота из виду. Доктор нагнал его и трусцой побежал рядом, издавая невнятные звуки, пытаясь привлечь его внимание, словно чересчур настойчивый попрошайка. Позади кто-то еще вышел из «Десяти колоколов». Женский голос выкликнул имя Сьюарда. Это был голос Мари Жанетт. Джон явно изменил своим привычкам с тех времен, когда Годалминг знал его.

— Арт, почему ты обратился? После всего того, что он сделал с нами, — почему?..

Дравот скользнул в боковой переулок. Годалминг решил, что Сержанта насторожила суета за его спиной.

— Арт, почему?..

У Сьюарда началась чуть ли не истерика. Холмвуд оттолкнул его прочь и зашипел. Надо было избавиться от этой помехи. Доктор наткнулся на фонарный столб, напуганный и изумленный.

— Оставь меня, Джек.

Того затрясло, на него нахлынули страшные воспоминания. Годалминг услышал быстрое цоканье туфель Мари Жанетт. Хорошо. Проститутка отвлечет Сьюарда. Он отвернулся и последовал за Дравотом. Сержант двинулся в сторону от Джейго, обогнув рынок и направившись к Олдгейту. Проклятие. Сейчас они выйдут на открытое место. Надо опередить «новорожденного» и подстрелить его. Годалминг взял с собой пистолет, заряженный серебром. Дравота требовалось заполучить живым, но, чтобы добиться от Сержанта признаний, Артур был готов изувечить его. Чем больше тот пострадает, тем с большим старанием изобличит своих сообщников. Этот вампир являлся ключом. Если с ним все пройдет гладко, то будущее развернется перед Годалмингом во всей красе. Холмвуд уверился в своих способностях, в собственной силе. Изогнутые клыки не царапали рот, удобно покоясь в недавно появившихся желобках. Он больше не кусал сам себя.

Годалминг охотился за сержантом Дэнни Дравотом в лабиринте улиц вокруг рынка, больше похожем на кроличий садок. Даже когда жертва скрывалась из виду, она словно оставляла в воздухе сверкающий след. Лорд слышал отчетливый стук каблуков в отдалении. Это могло стать опасным. Сержант продемонстрировал чрезвычайное хладнокровие во время убийства инспектора Маккензи. Вспомнив о случае с Кейт Рид, Артур проверил, насколько уверен в себе. Он не имеет права потерпеть поражение, переоценив собственные силы.

Годалминг осторожно следовал за Дравотом. Они уже прошли мимо рынка и довольно неожиданно свернули обратно к Коммершиал-стрит. Лорд завернул за угол на Дорсет-стрит и не увидел Сержанта. В стороне от дороги располагался ряд крохотных жилых двориков. Лиса, наверное, скользнула в один из них. Туман клубился у арочного прохода. Артур уверился, что загнал свою цель в угол. Единственный выход оттуда лежал только через здание.

Снова начав насвистывать, чувствуя легкое головокружение от предвкушения победы, Артур проворным шагом пересек улицу, готовясь к настоящему испытанию своей силы. Для начала он изобьет «новорожденного» кулаками, а револьвером воспользуется только в самом конце. Он чувствовал необходимость продемонстрировать свое превосходство над младшим вампиром.

В конце Дорсет-стрит появилась пара, направляющаяся в его сторону. Это оказался Сьюард со своей проституткой. Они ничего не значили. Будет полезно иметь на своей стороне свидетелей. Джек Сьюард в конце концов послужит делу Артура Холмвуда.

— Джек, — сказал он, — я загнал в ловушку преступника. Стой у выхода из этого двора и позови констебля, если тот пройдет мимо.

— Преступника? — воскликнула Мари Жанетт. — Боже, в Миллерс-корт?

— Отчаянного человека, — объяснил он им. — Я — агент премьер-министра, и я выполняю важное задание.

Лицо Сьюарда потемнело. Мари Жанетт явно не могла уловить развития событий.

— Я живу в Миллерс-корт, — сообщила она.

— А кто этот человек? — спросил доктор.

Годалминг всматривался в туман. Ему казалось, он видит, как Сержант стоит во дворе и ждет его.

— Что он сделал?

Годалминг знал, чем потрясти этих дураков.

— Он — Джек-Потрошитель.

Мари Жанетт ахнула и поднесла руку ко рту. Сьюард выглядел так, словно его ударили в живот.

— Люси, — сказал он, держа руку в кармане пальто, — отойди.

В уверенности Холмвуда появилась трещина. Дравот принуждал его войти в двор дома. Сьюард и Мари Жанетт были всего лишь надоедливыми блохами, которых следовало стряхнуть. Впереди ждала судьба. Но какая-то крохотная деталь казалась неправильной.

— Ты назвал ее Люси, — сказал Артур. — Ее зовут не Люси.

Он повернулся к Сьюарду — а тот почти прижался к нему и вдруг быстро взмахнул рукой. Годалминг почувствовал толчок и серебро в груди. Что-то острое вонзилось в него, быстро и гладко заскользило между ребрами.