– То, что, знаю, мне необходимо сделать.
– Он громко сглотнул.
– Я хочу, чтобы ты покинула это место, Лунный Цветок. Находиться здесь для тебя опасно.

Габи кивнула:

– Я в курсе. Мы получили распоряжение оставить раскопки. У нас есть всего лишь несколько недель.

Он отстранился, схватив ее за плечи:

– Не жди, - приказал он низким, клокочущим от гнева голосом.
– Ты выяснила все, что тебе нужно было узнать. Отправляйся домой! Со временем, если это будет возможно, я приду к тебе.

Габи посмотрела на него с удивлением. Страх и надежда воевали внутри нее.

– Что ты имеешь в виду под «если возможно»?
– спросила она испуганно.

Он помотал головой.

– Просто… пообещай мне, что ты уедешь, как только завершишь все соответствующие приготовления. У тебя нет причин задерживаться здесь, зато есть все основания, оказаться как можно дальше от этого места. В скором времени тут начнутся большие проблемы. Я хочу…. Мне нужно знать, что ты будешь в безопасности, если я не смогу быть рядом, чтобы защитить тебя. Обещай мне.

Габи с грустью смотрела на него. Она хотела дать слово, но в то же время неясное предчувствие чего-то плохого разрывало ее на части. Наконец, не в силах выдержать его молчаливого ожидания, кивнула.

Подняв руку, Анка погладил ее по щеке, а затем просто исчез.

Горе лавиной обрушилось на Габи в тот момент, когда она осознала, что осталась одна. Она даже не могла четко объяснить, почему почувствовала беду. Он же почти точно пообещал, что вернется к ней.

И все-таки должна быть причина? Почему бы ему не уйти вместе с ней? Что он замыслил, имевшее казалось для него такое большое значение, чтобы заставить таиться от нее? Габи не оставляло ощущение того, что Анка не захотел делиться с ней своими сомнениями, но он проговорился: «если будет возможным».

Желание срочно разыскать его нахлынуло вновь, только теперь к нему примешался еще и безотчетный страх.

Она на пути к тому, чтобы потерять его навсегда. Предчувствие неотвратимого тяжким бременем сдавило грудь.

До того как обнаружила, что спотыкаясь пробирается по темным коридорам через храм, Габи даже не осознавала, что потребность находиться с ним рядом направляет ее в ту комнату, где они встретились впервые. Сердито убеждая себя, что его там нет, она продолжала взбираться по отвесным проходам, переходя из одного помещение в другое, пока наконец не нашла себя, стоявшей перед статуей.

У Габи перехватило горло, когда она, всмотревшись на его изваяние, внезапно поняла что он собрался сделать и страх едва не поглотил ее.

– Это действительно не имело значения, - прошептала она, пытаясь справиться с дрожащим подбородком.
– Я оказалась слишком… ограниченной чтобы понять, что люблю тебя, а не то, как ты выглядишь.

Анка не ответил, и Габи опустившись на холодный каменный пол у ног статуи, закрыла лицо руками, изо всех сил стараясь не разрыдаться в голос.

– Если ты можешь… дай мне еще один шанс.

Заметив голубое сияние, проникшее между пальцами, Габи сначала подумала, что он вернулся, и она получила возможность убедить его не рисковать своей жизнью ради чего-то, столь бессмысленного. Она ничего не могла рассмотреть из-за слез застилающих глаза, кроме того, что комнату заливал синий свет.

– Анка?
– прошептала она.

Он не явился ей, ни в каком образе. Синий свет усилился, заполняя комнату, а потом начал тускнеть. Ее сердце почти остановилось, когда она определила, что сияние исходит именно из гробницы.

Вскочив на ноги, она бросилась к невысокой стенке каменного гроба и заглянула внутрь.

Свет почти ослепил ее. По возможности заслоняя глаза, она пыталась разглядеть хоть что-то помимо свечения. Постепенно зрение восстановилось, явив ее взгляду происходящее.

– Нет!
– Закричала она.
– Если ты делаешь это ради меня, пожалуйста, не надо!

Он не ответил, но Габи увидела, как разорвалось оберточное полотно, и иссохшее тело, сохраненное от разложения специальными веществами, постепенно обретает форму, начиная обрастать мышцами и тканью.

Сморщенная кожа, становясь светлее, разгладилась и слегка порозовела от текущей под ней крови.

Когда Габи заметила, что процесс преобразования завершается, страх вновь обуял ее. Контейнер, в который поместили его мумию, запаян. Он задохнется, даже если сумеет оживить тело!

Пока она металась по помещению в поисках камня, чтобы разбить контейнер, он взорвался, разбросав по сторонам тяжелые пластмассовые осколки, и весь свет померк, кроме лучей чистой голубой энергии исходящих от Анки.