— Мне бы хотелось поговорить с кассиршей, работавшей в тот день, когда произошло убийство в вашем кафе.

— Какое убийство? — зашипела Нонна, озираясь. — Сердечный приступ! Милиция приезжала. Всех допрашивали!

— У прокуратуры появились основания для возбуждения уголовного дела, — сухо ответила я, — так что извольте отвечать на вопрос.

— Венера Алексеевна здесь. Можете с ней поговорить, — сдалась под моим напором Нонна, — только потише, чтобы не распугивать клиентов.

— Мы с дороги и не против, чтобы перекусить, — подмигнула я ей.

Мимо проходила официантка. Нонна подозвала ее, распорядилась накормить нас как следует и добавила:

— Когда пойдешь обратно, скажи Венере подойти к их столику.

Мы с Александром сели за столиком в отдельной кабинке. Официантка подала меню.

— Что будешь? — спросила я у Александра.

— Торт, пирожное, мороженое и конфеты, — серьезно поразмыслив, ответил он.

— Понятно, — кивнула я и, повернувшись к официантке, сказала: — Нам два борща, плов с бараниной, вишневый пирог и мне кофе, а ему — лимонад.

Записав заказ, официантка удалилась.

— Ты забыла про торт, — обиженно пробормотал Александр.

— Не забыла, его принесут потом, — ответила я. В кабинку вошла маленькая худощавая женщина лет сорока с мальчишеской стрижкой и беспокойными черными глазами.

— Вы хотели со мной поговорить? — нервно спросила она. — Я же уже все рассказывала.

— Со временем вспоминаются разные детали, которым ранее не придавалось значения, — пояснила я. — Присаживайтесь и расскажите все с самого начала.

Женщина села, скосила глаза на Александра, пробовавшего соль из солонки.

— Не обращайте внимания. Он важный свидетель, — велела я и, слегка потрепав Александра по загривку, попросила его оставить солонку в покое.

— День был обычный, — заговорила Венера медленно. Постепенно ее речь начала набирать обороты по мере того, как проходила скованность. — У нас так заведено. Я сижу на кассе. Клиенты расплачиваются со мной, а официантки приносят заказ. Грязную же посуду убирают сами клиенты, когда уходят, как бы самообслуживание наполовину. Тех я не очень запомнила. Я имею в виду компанию, где девушка умерла. Вот он был, — она указала на Александра. — Расплачивалась женщина, такая вся из себя модная, похожая на аристократку.

— Меня интересует прежде всего женщина, которая копалась у стойки с заказами, — сказала я терпеливо.

— Женщина, — Венера задумалась. — Да, такая довольно эффектная, стрижка под каре, одета во все черное, очки в пол-лица.

— Волосы какого цвета? — уточнила я.

— Черные, — ответила она. — Лица я хорошо не разглядела, но симпатичная и много косметики.

Из папки я извлекла фотографии Кота и Баптиста, распечатанные пятнадцать минут назад в супермаркете, протянула их Венере с вопросом:

— Посмотрите, кто-нибудь из них похож на человека, что был с этой женщиной? В прошлый раз вы показали, что она сидела за столиком с мужчиной.

Венера внимательно посмотрела снимки.

— Нет, не похожи. Тот был худой, смуглый с усами и бородой.

Ее слова меня немного опечалили, ведь они означали, что, помимо Кота, Баптиста и женщины, умело меняющей свой внешний вид, в банде есть еще один человек. Более подробный допрос о внешности этого мужчины ничего не дал.

— Он даже не подходил к кассе, сидел ко мне практически спиной. Как бы я его разглядела? — возмущенно сказала Венера.

— Тогда, может быть, вы разглядели, что делала женщина у стойки с заказами? — спросила я.

— Ну, она просто искала свой заказ, — пояснила Венера, — решила, что у нас самообслуживание, а когда я сказала, чтобы она отошла оттуда, женщина извинилась и вернулась к своему спутнику.

— Когда она искала свой заказ, в руках у нее что-нибудь было? — спросила я.

— Нет, я ничего не заметила, — покачала головой Венера.

— Может, у нее украшения были, перстни, браслет, — не сдавалась я, хотя понимала, что профессионал может подбросить яд на глазах у сотни человек — и никто ничего не заметит.

— Нет, не помню, — покачала вновь головой Венера и намекнула, что ей бы пора возвращаться к работе.

— Что ж, идите, — вздохнула я.

В этот момент официантка принесла борщ. Покончив с обедом, мы поехали домой. По пути у меня снова возникло чувство, что нас преследуют. На этот раз это была красная «ДЭУ Нексия». Однако проверка показала ошибочность этого предположения. Может, действительно у меня развивается паранойя?

Рашид, сидевший на кухне с сигаретой в зубах, вяло поприветствовал нас: