Шрифт:
Рабов, холопов и господ.
Тогда не будет революций,
Гражданских войн, судов ЧеКа,
Расстрельных грозных резолюций,
Наступит мир на все века.
Бунт на птицеферме
На ферме шум. Бунтуют птицы,
Двор делят вдоль и поперёк,
Отводят каждому границей
Свой суверенный уголок.
Теперь гусак – гусынь хозяин,
Петух у кур и царь и бог,
Индюк своим индюшкам барин,
Взял каждый власти сколько смог.
Все перессорились мгновенно,
Родню уже не признают,
В порыве злости суверенной,
Чужих вон гонят и клюют.
Теперь у каждого таможня,
Без визы шагу не ступить.
И повидаться невозможно,
И после смерти проводить.
Зато у каждого свобода:
Шипеть, кудахтать, гоготать
И даже раз в четыре года,
Кого прикажут, выбирать.
Над ними солнце как вставало,
Так и теперь с утра встаёт.
Чего же птицам не хватало,
Что приобрёл простой народ?
Мораль: пеклись не о народе
Вожди, нужна была им власть,
Чтобы, болтая о свободе,
Народ свободно обокрасть.
Бараны и наркоманы
Бараны шли за вожаком,
За мамами ягнята,
Один игрался с мотыльком,
Другой толкался с братом.
Овечки нюхали цветы.
Бараны лбами бились,
С разбегу, но без суеты,
От сытости резвились.
Вожак к хозяину был вхож
И знал, что всех ведёт под нож.
Не в первый, не в последний раз –
Спокойно выполнял приказ.
Мораль понятна: наркоманы
Ещё глупей, чем те бараны,
Что шли за вожаком под нож.
Но басней вряд ли их проймёшь
Ворона и лиса
Вороне за труды достался сыр,
Хотела съесть, но тут лиса бежала,
Плутовка сыр с рожденья обожала,
Спешит к вороне: – Я к тебе на пир!
Дели свою добычу пополам! –
Кричит нахальная плутовка. –
Не то ославлю на весь лес воровкой.
Не нужен был вороне лишний срам,
Сказала: – Что ж, уйдёшь довольной с пира:
Всё будет справедливо, по делам.
Я разделю добычу пополам:
Мой будет сыр – твои от сыра дыры.
Мораль ясна из сути дела:
Ворона сильно поумнела,
Сумев, не прибегая к риску,
Оставить с носом шантажистку.
Осёл в царях
Осла однажды выбрали в цари,
Такое иногда ещё бывает,
Ведь избиратель, что ни говори,
О кандидатах мало чего знает.
Осёл любого мог перекричать,
Красиво по трибуне бил копытом,
При этом успевал пообещать
Еды, питья, достатка и защиты.
Попав в цари, умнее он не стал,
Решил, что для страны вредна наука,
Заводы продал, выручку украл,
Жизнь подчинённых превратилась в муку.
За год народ до нитки разорил,
И волки, и бараны голодают.
Терпеть его ни у кого нет сил,
Как от него избавиться, не знают.
Мораль, мой друг, на ус мотай:
Есть право выбрать – выбирай,
При этом сам не будь ослом,
Не сердцем выбирай – умом.
Совет поэту
Однажды, выпив на тусовке,
Поэт, на ритм и рифму ловкий,
Поклялся басню сочинить,
А до того – не есть, не пить.
Он в самом деле был непрост –
Сказал и сел на строгий пост.
Писал и рвал. Бледнел, худел –
Отговорить никто не смел.
За месяц стал прозрачно-кроткий.
Таким и умер от чахотки,
Знакомых погрузив в печаль.
Какая, скажете, мораль?
Она не только для поэтов –
По пьянке не давай заветов.