«Скорее бы это закончилось, – подумала она. – Хочу проснуться». Совершенно искренне она принялась биться затылком о поверхность стола.

Вивисектор вынужден был вколоть транквилизатор, и она сделала вид, что успокоилась. Стол въехал в смежный кабинет, заставленный приборами. Толстяк прилепил к ее вискам электроды, защелкал кнопками приборов и протянул:

– Так-так-так. Очень интересно! Сова, глянь, какая прелесть.

Аня не видела, куда они уставились, но радость вивисектора ей не понравилась.

– Как у шизофреника, – констатировала Сова. – Надо гормональный фон проверить и биохимию взять. Странно аномалия себя повела.

– Придется за подопытной некоторое время понаблюдать, рано мы ее списали. Интересно, во что это выльется?

– И так понятно: кидаться на всех будет.

– Посмотрим-посмотрим. И за физиологией следует понаблюдать. Может, что интересное вылезет.

– Только в рот ей пальцы не суй, а то откусит.

– Понятное дело, – вивисектор приложил инъектор к Аниному плечу. – Поспи немного, любопытный экземпляр.

В себя она пришла в боксе. Вскочила с постели, заметалась по помещению. Спасибо, не стали пристегивать, наверное, уверились в невменяемости и звероподобности. На душе похолодело, она осмотрела руки, боясь обнаружить следы изменений, но все было в норме. Ощупала лицо: вроде какое было, такое и осталось. Задрала рубаху: кожа как кожа. Обвела взглядом бокс и заметила глазок скрытой камеры в углу комнаты.

Наблюдают, сволочи. Но ничего. Оскалившись, она почесала затылок, живот и уселась прямо на полу. Пусть не сомневаются в том, что подопытная превращается в зверя, это позволит пожить еще немного.

Странное дело, читая книги о зверствах в концлагерях, она удивлялась покорности заключенных и думала, что умереть было бы правильней, чем позволять над собой издеваться. И вот она сама в таком положении, ловит каждое мгновенье, радуется стерильной чистоте бокса.

За белой шторкой обнаружилась дырка туалета. Слава богу, штора висела так, что можно было справлять нужду без надзора. Ну, и проводить сопутствующие манипуляции.

Свернувшись калачиком, она замерла, имитируя кататонический ступор. Значит, ее энцефалограмма отличается от нормы. И что это дает? Ни поглупевшей, ни неадекватной Аня себя не ощущала.

Щелкнула щеколда, и в раздаточном окошке, что внизу двери, появилась тарелка с похлебкой. Окошко закрылось, продвигая ее внутрь, но Аня не сдвинулась с места, хотя есть хотелось адски. Одно радовало: Дыма здесь нет, значит, есть надежда на спасение.

Заинтересованный ее состоянием, вскоре явился вивисектор в сопровождении двух амбалов, остановился в проеме двери. Аня следила за ним боковым зрением, делая отрешенный вид.

– Н-дааа, – пробурчал толстяк, покачиваясь с пятки на носок. – Интересно девки пляшут.

Аня подумала, что ее повезут на обследование, но ошиблась: вивисектор вышел, захлопнулась дверь. Придется еще немного полежать так, а потом имитировать фазу возбуждения. Аня надеялась, что вивисектор не психиатр и не распознает симуляцию.

Как уснула, Аня не заметила.

В такой странной компании Арамис еще по Зоне не ходил и сомневался, что сможет как-то подготовить приятелей к Нико. Он вообще не знал, с какого боку зайти – ляпнуть-то ляпнул, мол, давайте своих позовем, но вспомнил, что свои на базу идти отказались, свернули. Он надеялся, что полномочия Марьяны позволят отдать Моджахеду приказ, но сталкерша разочаровала: этого она не могла.

Пришлось скрипеть мозгами над ПДА, пока остальные, оттащив трупы наемников подальше, собирали костер и готовили перекус. Дым заигрывал с Марьяной, и девушка отвечала ему взаимностью. Настроение у Арамиса было ниже плинтуса. Однако появилась надежда спасти Сокола, и это радовало. Женщин много, а друг – один.

Арамис еще раз перечитал плод умственных усилий – обращение к Моджахеду.

«Моджахед, это Арамис. Посылаю координаты. Бери Чукчу и Борова и дуй сюда. Другим не рассказывай. Мы встретили «беглого зэка», и все оказалось не так, как нам говорили. Нам одним не справиться, нужна помощь. Тут натовские наемники замешаны, Кузя – военная, но ее сослуживцев официально звать долго».

Вроде все понятно. Арамис отправил сообщение и побрел к костру, где уже висел котелок и булькала гречка с тушенкой – аж брюхо свело.

– Как бы мутанты не набежали на запах, прости, Нико, – озаботился он.

– Не страшны нам мутанты, – улыбнулась Марьяна, – и аномалии больше не страшны. Нико и то, и другое чует, а мутантами может управлять.

– Славно! – искренне обрадовался Арамис. – Слушай, Нико, вытащим Сокола – иди к нам в напарники! Когда деньги появятся, девушки сами на шею вешаться начнут, не посмотрят, что внешность экзотическая!