Эскер зажег лампу и пошел следом, не сознавая, как мало свет помогает Джозайе. Они двинулись на звук глухих ударов, доносившихся из кухонной кладовки, и вскоре обнаружили там бедную женщину, связанную, как и ее муж.

– Красавица моя! – Опустившись на колени, Сэмюел освободил свою обожаемую жену. – Эти мерзавцы тебя не ранили?

– Вы видели, кто это был? – добавил Джозайя.

Рита покачала головой; на ее щеках виднелись следы слез.

– Они как призраки! Я вообще их не видела. Огни погасли, и все произошло в мгновение ока. Ни слова, ни шепота, а моего бедняги… нигде нет. Я так за тебя боялась, дорогой!

Мистер Эскер погладил жену по щеке.

– Меня тоже связали! Но зачем за меня так беспокоиться?

– Как зачем?!.. – воскликнула Рита. Ведь это же не у меня кости болят! Ты до смерти мог замерзнуть на холодном полу. Я-то такая крепкая, что они могли за ноги вывесить меня из окна и я бы только порадовалась свежему воздуху.

Рита зажгла лампы и повернулась к мужчинам.

– О Господи! Ну и вид! Мистер Хастингс, вы что, дымоходы чистили?

– Не обращайте внимания, – отмахнулся Джозайя, радуясь странному юмору своей поварихи и экономки. – Крида ударили по голове, ему требуется внимание.

– Я о нем позабочусь, – сказала Рита.

– Вы оба о нем позаботитесь, – поправил Джозайя.

– Нужно послать за стражей, – проворчал Эскер. – Нас ведь могли ограбить…

– Нет-нет, я сам займусь собственным домом, – заявил Джозайя. – Не хочу, чтобы представители власти появлялись у моего порога. Ни сегодня, ни потом… Пожалуйста, доверьтесь мне. Я сам все осмотрю.

Старик кивнул и стал рыться в ящике посудного шкафа.

– Вот возьмите. – Он сунул в руку Джозайи пистолет. – Я держу его для защиты…

– Неужели?! – фыркнула Рита.

– Помилосердствуй, женщина, – проворчал Эскер. – Невозможно ведь застрелить призраков в темноте…

– Мы обсудим защиту дома позже, – проговорил Джозайя. – Пожалуйста, позаботьтесь о Криде и подождите меня внизу.

– Вы пойдете один? – снова спросил Эскер. – Я вовсе не думаю, что вы не справитесь, но пара добрых глаз не помешает.

«Не перестаю удивляться. Этот старый ворон давно все знает».

– Спасибо за предложение, но я скорее встречусь с десятком вооруженных грабителей, чем с вашей женой, если впутаю вас в неприятности или случайно подстрелю.

– Все понятно, сэр! – рассмеялся старик. – Мы будем ждать внизу вашего сигнала.

Джозайя двигался только на ощупь. «Невозможно застрелить призраков в темноте». Эти пророческие слова Эскера заставили его улыбнуться в чернильную темноту.

– Какая глупость… слепой с оружием… – пробормотал Джозайя и положил пистолет на столик за дверьми, ведущими в его апартаменты. В лучшем случае оружие совершенно бесполезно, в худшем – он мог ранить себя.

Джозайя двигался тихо, с отработанной уверенностью. Долгими неделями он по вечерам жил без света, приучая себя к надвигающейся тьме. И только появление Элинор изменило этот распорядок.

Но старые привычки живучи, и Джозайя радовался, что ему не приходится топтаться на месте, выставив перед собой руки.

«Не здесь. Где угодно, но не здесь, черт побери».

Джозайя ожидал обнаружить перевернутую мебель – то есть следы погрома и лихорадочных поисков. Вероятно, люди, пробравшиеся в дом, должны были искать священное сокровище, и, судя по состоянию Крида, о деликатных поисках и речи быть не могло.

Все двери были распахнуты; методично обходя комнату за комнатой, Джозайя везде находил одно и то же.

«Но ничто не тронуто. Все на своих местах».

Холодок пробежал у него по спине от странного ощущения, что это действительно были призраки, но Джозайя тотчас отбросил эту мысль.

– Выходи, где бы ты ни был! – скомандовал он.

Ответом ему была оглушительная тишина.

В спальне Джозайя пошел к туалетному столику и налетел на неожиданный предмет, стоявший посреди комнаты. Присев, он обнаружил, что это резной деревянный сундучок с драгоценностями. С колотящимся сердцем Джозайя поднял крышку, и пальцы его наткнулись на длинные тяжелые нити жемчуга и шелковые мешочки с крупными жемчужинами.

«Все здесь. Словно это никчемные безделушки…»

Джозайя зачерпнул пригоршню холодных жемчужин и прижал к пылающим вискам, пытаясь унять бурю мыслей и эмоций.

«Нет смысла. В этом нет никакого смысла. Зачем тащить сюда сундук?»

И тут его осенило.

Джозайя вернулся на лестничную площадку и помчался наверх, скользя рукой по перилам. Непроглядная тьма не мешала ему, но, поднявшись на следующий этаж, он замедлил шаг.

«Картина! Если она погибла, то и я погиб».

Дверь в студию была широко распахнута; внутри же… тут, кажется, сиял свет. Джозайя двинулся к его источнику, борясь с черной завесой, которая заволакивала его зрение. Смутные блики указывали ему направление, пока он наконец не обнаружил детали поджидавшего его сюрприза.