VIII. ХИТРОСТЬ ДЖОНА РАЛЕЯ

Как хищный зверь над своей добычей, как гиена над трупом, наклонился Джон Ралей над бесчувственным Гагеном, поспешно снимая все, что на нем было. Он снял с доктора старинные золотые часы с тяжелой цепью, потом кольцо с крупным бриллиантом. Мало-помалу он раздел Гагена до рубашки, но дорожная сумка — главный предмет его поисков — отсутствовала.

Вдруг во входную дверь громко постучали.

Кого могло принести в столь позднее время? Было уже два часа ночи.

Ралей прислушался. Стук повторился с такой силой, что, казалось, дверь вот-вот вылетит заодно с косяками. Ралей колебался, не зная, что предпринять: так некстати сейчас была для него любая помеха. Но стучавшие не успокаивались.

Ралей подошел к окну и выглянул. Полицейские!

— Наконец-то проснулся! — воскликнули внизу, увидев его. — Отворяй же скорее.

— Сейчас, господа! — крикнул в окно Ралей. — Сию минуту!

Иностранец лежал полураздетый, без часов, денег, колец, которые уже нашли пристанище в карманах Ралея. Если полицейские обнаружат его в таком виде, не сносить Джону Ралею головы. Он это очень хорошо понимал. Но что было делать?

Впрочем, хозяин гостиницы недолго раздумывал. Он поспешно прикрыл Гагена плащом, сунул в один из карманов награбленные вещи, потом открыл трубу в печке, чтобы дать выветриться остаткам угара.

Но как ни быстро он все это делал, терпение полицейских лопнуло, и они стали высаживать дверь.

— Почему так долго не открывал? — набросились они на него, очутившись в доме.

— Прошу прощения, я, право, спешил, но я не думал, что кто-то пожалует так поздно, — оправдывался Ралей, лихорадочно соображая, что делать дальше.

Положение его было незавидным. Не придумай он сейчас какую-нибудь правдоподобную версию — и придется ему переселяться в нью-йоркскую тюрьму.

— Медленно же ты спешил! Ведь и не спал, видно же — совершенно одетый, — наседали полицейские. — А почему у тебя одежда в крови?

— В крови? О Господи! Пойдите-ка сюда, господа, да посмотрите, что случилось сегодня ночью, — пригласил Джон полицейских наверх. К нему вернулось его самообладание. Он уже почувствовал, как можно вывернуться. — Я сам собирался позвать полицию. Хотел только сначала положить раненого и осмотреть раны…

— Раненого? — перебил один из полицейских. — Какого раненого?

— Дайте мне рассказать все по порядку. Двумя словами все не объяснишь.

— Сначала покажите раненого.

— Несчастный, кажется, умер, — сказал Джон Ралей, впустив блюстителей порядка в комнаты Гагена. — У него в груди несколько ран. Я думаю, что надо бы послать за доктором. Вот он, видите? — показал хозяин гостиницы на бесчувственного Гагена. — Он проживал в моей гостинице.

— В твоей? Скажи тогда, не видел ли ты у него вот этой сумки и револьвера? — спросил один из полицейских, показывая раздосадованному Ралею дорожную сумку иностранца и подобранный, должно быть, на месте схватки револьвер.

— Да, это его вещи, — подтвердил хозяин гостиницы.

— Тебе известно и имя постояльца?

— Нет, я не успел спросить его об этом. Он приехал ко мне только вчера.

— Похоже на грабеж, — сказал один полицейский другому. — И какой здесь запах…

— Угаром пахнет, — определил его напарник.

— Почему грабеж? — оскорбился Джон Ралей. — Уж не считаете ли вы мою гостиницу разбойничьим притоном? Я как свободный гражданин Соединенных Штатов могу принять эти слова за оскорбление и призвать к ответу.

— Успокойся, приятель, — осадил его полицейский. — Ты и твоя гостиница давно у нас на примете. Думаю, тебе это известно. Непонятно только, как мог попасть сюда этот очень приличный с виду человек?

— Наверное, так ему захотелось, — парировал Ралей. — Или вы полагаете, что я силой затащил его сюда? Может быть, и раны эти тоже я нанес? — наступал хозяин гостиницы, который никак не мог простить себе, что не заметил дорожной сумки иностранца. — Вчера вечером приходил сюда какой-то господин, — стал рассказывать Джон, — и спрашивал вот его, — показал он на лежащего, — но его тогда уже не было здесь, и я даже не видел, как он вышел. Спрашивавший господин тоже ушел, а мне, не знаю почему, вдруг стало страшно за своего постояльца. Я зажег фонарь и вышел на дорогу. В ту же минуту услышал вдали крики и два выстрела, а вглядевшись, увидел, что на дороге кто-то лежит и какой-то человек поспешно уходит по направлению к городу. Я бросился по дороге и вскоре наткнулся на окровавленного постояльца.